ешь целым. Теперь нужно заботиться хотя бы о том, что¬
бы проклятая весть не распространилась дальше и чтобы
султан впредь не повторял столь необдуманных шагов.
Боцо Джакели, которому удалось увести остатки тби¬
лисского гарнизона за Куру и закрыться в Исанской кре¬
пости, оказался в бедственном положении. Он посылал за
Лихский хребет к царице одного гонца за другим, он тре¬
бовал, просил, умолял прислать ему па помощь войска. Он
убеждал двор, что если грузины ударят па Тбилиси сна¬
ружи, то и гарнизон, затворившийся в Исани, вступит в
бой, и таким образом получится атака с двух сторон. Он
старался внушить царице и командованию, что Джелал-эд-
Дин не непобедим, что в одном из боев грузины одержали
победу, а это значит, что все дело в количестве войска и
если послать к Тбилиси, собрав все, что можно, то столицу
удастся освободить.
Из-за Лихского хребта, вместо войск или хотя бы обе¬
щания помощи, шли советы прекратить бессмысленное
сопротивление и сдать султану Исанскую крепость. Сна¬
чала это были советы, а потом поступил приказ. Исполняя
его, Боцо Джакели вступил в переговоры с Джелал-э)*-
Дином. Он соглашался сдать Исани и выговаривал у сул¬
тана одно лишь условие: выпустить из крепости, а затем
из Тбилиси остаток грузинских войск. Джелал-эд-Дин со¬
гласился на условия защитников Исани, и крепость пре¬
кратила сопротивление.
Теперь нужно было поделить добычу, ведь в руках
победителей оказалась сокровищница грузинских царей.
Все султанские секретари оказались бессильными и за¬
явили, что они должны считать целый год, чтобы учесть все
до последней золотой монеты. Джелал-эд-Дин собрал
эмиров. Он сказал им, чтобы они забыли на время про
сабли, а взялись за перья и наравне с секретарями и пис¬
цами занялись кропотливым счетным делом. Джелал-эд-
Дин слышал и раньше о богатствах Грузии, но он не пред¬
полагал, что ему достанутся такие несметные сокровища.
Да, недаром слух о богатствах Грузии разнесся так да¬
леко.
521
«Если бы цель моей жизни состояла в обогащении,
то сегодня она была бы достигнута,— подумал султан. —
Обладая этим, не к чему больше стремиться в жизни. Но
я должен это золото и эти драгоценные камни обратить
в мечи, стрелы, копья, в горячих боевых коней, молодых
сильных воинов. Эти груды золота должны обратиться
в стальные войска, и тогда мы встретимся с полчищами
Чингисхана, и тогда посмотрим, чей будет верх. Где и
когда произойдет эта встреча?»
Когда Джелал-эд-Дин отправлялся в Грузию, он при¬
казал Несеви окружить лагерь хлатской царицы Тамты
надежной стражей и ждать вестей из Тбилиси. И вот весть
о взятии и разорении грузинской столицы пришла. Несе¬
ви удалил стражу и сообщил царице, что она теперь сво¬
бодна и может ехать, куда захочет.
Униженная и оскорбленная, обманутая в своих замыс¬
лах и надеждах, убитая горем, царица тотчас выступила
в путь. Она распустила волосы и закрыла лицо в знак
траура.
Она собиралась выручить из плена своего верного ры¬
царя, а везет теперь его мертвую голову.
У Шалвы была раньше одна сокровенная мечта: что¬
бы, когда он будет умирать, его глаза закрыли руки обо¬
жаемой им женщины, его тайной возлюбленной — царицы
Хлата. Конечно, он не думал, что умрет таким образом,
но мечта его исполнилась, пальцы Тамты касались его
мертвых, бесчувственных глаз.
Царица ехала в Хлат, и пути, казалось, не будет конца.
Сухими, бесслезными глазами глядела она на все вокруг,
на пустынный извилистый путь, на выжженные бесплод¬
ные и безлюдные степи, но глаза ее не видели ничего.
В глазах все время стояли почерневшие губы, с запекшейся
на них кровью и угасший взор. Царица ехала в Хлат. Она
везда с собой бесценный подарок Джелал-эд-Дина — отруб¬
ленную голову своего единственно любимого человека —
сказочного воина, благородного рыцаря, великого грузина
Шалвы Ахалцихели.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Исанская крепость сдалась, и весь Тбилиси оказался
в руках Джелал-эд-Дина. Победители праздновали победу.
Эта победа была тем слаще, что она была первой после
того, как огромное хорезмийское государство, управляе¬
мое Мухаммедом, было потоплено в черных волнах Чин-
гисханова нашествия.
Конечно, когда сокрушали Адарбадаган, тоже была
победа, и когда грузинские войска были разбиты у Гарни¬
си — тоже была победа, но все это еще был путь к обла¬
данию таинственной Грузией, которая мерещилась иног¬
да в виде сказочной заколдованной красавицы. И вот кра¬
савица наконец распростерта у пыльных и обрызганных
кровью ног победоносного султана. Это была хотя бы не
полная, хотя бы маленькая награда за длинные стра¬
ницы беспрерывного унизительного бегства.
В первом столкновении с Чингисханом Джелал-эд-Дин
был разбит, и вот уж пять лет он убегает от монгольских
орд как затравленный зверь, и ни разу не удалось ему
встретиться с врагом достойно, лицом к лицу. Постоянное
унижение ожесточило сердце султана. И вот он мечется из
одной страны в другую, неся народам слезы, пожары и
кровь.
Ханы и атабеки, которые были покорны его отцу, попа¬
дались Джелал-эд-Дину на пути его отступления. Они кла¬
нялись наследнику Мухаммеда, но наследник сказочных
некогда богатств не мог теперь раздобыть у лукавых при¬
творщиков ни денег, ни войск.
Объятые священным трепетом, ханы и атабеки не мог¬
ли и помыслить выступить против Чингисхана. Сопротив¬
ление ему они рассматривали равным сопротивлению са¬
мой судьбе. Они считали, что Чингисхан лишь бич в руках
у бога.
523
Встречая столь высокого государя, каким являлся для
них Джелал-эд-Дин, они не смели отказать ему в некото¬
рой помощи, в частности, в провианте, но, заслышав о
приближении татар, убегали в горы, в крепости, подаль¬
ше от беды, и Джелал-эд-Дин снова оставался один на
один с Чингисханом, снова приходилось бежать, снова
все повторялось, чтобы кончиться и повториться снова.
Правда, они из вежливости приглашали Джелал-эд-Ди-
па и его войска в свои крепости, но султан видел, что эти
приглашения идут не от чистого сердца и что все они
понимают: чем дальше будет от них Джелал-эд-Дин, тем
меньше гнева обрушится на их головы со стороны мон¬
голов и их предводителя.
Он не шел в их крепости, потому что знал: никакая
крепость в отдельности против Чингисхана не устоит.
Нужно соединиться всем, укрепиться в сердцах своих и
совместно заступить дорогу монгольской лавине.
Но напрасно призывал Джелал-эд-Дин правителей, по¬
корных раньше его отцу, к единым и героическим ратным
трудам.
Пять лет бежал Джелал-эд-Дин от монголов, и ни разу
за эти годы он хотя бы косвенно не показал Чингисхану
остроты и блеска хорезмийской сабли. И вот взят Тбили¬
си — столица Грузии, прославленного могучего государ¬
ства. Это первая большая победа за все пять лет. Она
должна не только напомнить всем странам ислама, что у
них по-прежнему есть защитник и покровитель в лице
наследника хорезмийского трона, но и внушить Чингис¬
хану если не страх, то уважение к преследуемому врагу,
у которого, оказывается, еще сохранились силы и возмож¬
ность совершить ратные чудеса. Чиновники хорезмий¬
ского султана подсчитывали грузинскую казну, гонцы раз¬
носили во все стороны весть о великой победе, а сам побе¬
дитель внутренним взором видел ставку ненавистного
Чингисхана и то, как ему докладывают о покорении Гру¬