ловек, только приближенный султана. — Орхан гово¬
рил, а сам поглядывал, какое действие производят его
слова.
Султан кипел и бесился. В конце концов он прогнал
Орхана, закрылся в комнате, и никто не смел не только
войти к нему, но и приблизиться к порогу.
Неизвестно, чем кончился бы этот день для визиря, но
тут произошло событие, рядом с которым все остальные
показались мелкой возней.
Около полудня в город с разных сторон прискакало
несколько гонцов. Все они соскочили с коней возле рези¬
580
денции султана и стремглав взбежали по ступенькам,
чтобы скорее передать весть, которую принесли.
Весть была велика. Она уже потрясла весь мир, всех,
кто успел о пей узнать. Однако гонцы не могли проник¬
нуть дальше Орхана. Как верный пес, ои оберегал порог
Джелал-эд-Дина. Он ни за что не посмел бы войти в этот
день к султану, ио весть была такова, что с ней можно бы¬
ло войти, в каком бы состоянии ни находился Джелал-эд-
Дин. Если бы даже ои размахнулся в этот миг, чтобы рас¬
сечь в слепом гневе саблей, то, вероятно, опустилась бы
рука и султан забыл бы даже, зачем он замахнулся и на
кого.
—
Государь,— крикнул Орхан, вбегая и бросаясь на
нол в ноги Джелал-эд-Дину.— Слушай, слушай самую
добрую весть, какая только может быть, слушай и пребы¬
вай счастливым в веках. Умер проклятый Чингисхан,
умер владыка монголов, умер бич народов. Душа его в эту
минуту уже горит на вечном огне.
Джелал-эд-Дин и действительно забыл про все.
—
Повтори, что ты сказал. Как это умер Чингисхан?
Как это он мог умереть?
—
Да,—растерянно повторил Орхан,—как ни стран¬
но, ио Чингисхана больше нет иа земле.
Джелал-эд-Дин медленно опустился иа трон.
—
Когда и от чего скончался повелитель монголов и
властитель мира?
Ввели гонца. Гонец распростерся рядом с Орханом.
—
Год назад Чингисхан увидел сон, из которого
узнал, что смерть его близка. Ему шел семьдесят третий
год. Исполняя последнюю волю Чингисхана, смерть его
пытались сохранить в тайне. Весь тангутский народ, па
земле которого умер Чингисхан — он с ними воевал в тот
год, — перебили и всю страну сровняли с землей. Когда
везли тело Чингисхана, убивали всех встречающихся в
пути. В далекой Монголии в тайном месте останки повели¬
теля были преданы земле.
Джелал-эд-Дин ушел в свои мысли и не слушал гон¬
ца, но тот продолжал говорить:
—
Своим преемником Чингисхан оставил сына Око-
тая. Остальные сыновья должны подчиняться ему.
Султан сделал нетерпеливый жест, приказывая гонцу
убраться. Стражники бросились, подняли гонца с земли и
под руки вывели из зала.
581
Джелал-эд-Дкк поднял голову п, не глядя на Орхана,
сам для себя начал медленно говорить:
—
Скончался великий человек. Окончилось время
больших событий.
—
Тому, кто первый принес эту весть, полагается на¬
града,— попытался вставить свое слово Орхан.— Если бог
смилостивился и умер проклятый Чингис...
Джелал-эд-Дин продолжал про себя, не слушая ни¬
чтожной и низменной болтовни лукавого царедворца:
—
Жизнь потеряла смысл. Жизнь отныне становится
скучной, не будет больше в жизни ни великих огорчений,
ни великих радостей. Нет больше Чингисхана. Быть ему
другом или смертельным врагом было одинаково достой¬
но и почетно. Зачем мне все эти жалкие победы и что сто¬
ят все эти жалкие неудачи, если я отныне лишен возмож¬
ности встретиться и скрестить оружие с Чингисханом.
Зачем попусту бряцать оружием, если за моими пораже¬
ниями и за моими победами не следит Чингисхан.
В тот же день Джелал-эд-Дин послал за Несеви. Он ве¬
лел секретарю срочно прибыть в Тбилиси и привезти с
собой книгу о жизни покойного повелителя мира.
В канцелярии Несеви соседом Торели был монгол. На
досуге этот пленник обучал Торели монгольскому языку.
На первых порах обучение продвигалось медленно, пото¬
му что монгол не знал ни одного грузинского слова. Он
показывал на какой-нибудь предмет, на голову, на руку,
ка коня, на стул и произносил слово, а Торели это слово
запоминал. Когда у обучаемого накопилось достаточно
монгольских слов, дело пошло быстрее, и два товарища
по несчастью смогли разговаривать, обмениваясь мыс¬
лями.
Монгол уверял Торели, что не сегодня-завтра Чингис¬
хан настигнет Джелал-эд-Дина, убьет его как собаку и то¬
гда все пленники будут свободны. Сам монгол мечтал
снова сесть на коня, чтобы слиться незаметной каплей с
потоком монгольской армии. Вместе с этой армией монгол
собирался покорить весь мир, чтобы править всеми наро¬
дами, населяющими его.
Работы в канцелярии Несевп было много. Пленные
трудились, мало интересуясь тем, что происходит за сте¬
нами канцелярского шатра. Только один монгол старался
582
все время разузнать все новости, прислушивался к тому»
что говорят, старался разговориться с каждым новым че¬
ловеком.
Когда Несеви узнал о смерти Чингисхана, он щедро
наградил гонцов, принесших добрую весть, и устроил пир.
Тотчас эта весть дошла и до пленников. Монгол рассер¬
дился, настолько нелепым ему показались разговоры о
смерти своего богоравного вождя. Монгол горячился и
пытался доказать, что Чингисхан не может умереть, что
слухи о его смерти распространяют враги монголов.
Но все другие пленники — yi ryp, индиец, адарбадага-
иец и грузин — сделались грустны, потеряв надежду на
скорое освобождение из плена. Их настроение постепенно
передалось и монголу. Ои заставил клясться своих друзей
по несчастью в том, что они говорят правду, они клялись,
и монгол вдруг поверил. Он сразу изменился, как будто
что-то погасло в нем, перестал есть, разговаривать и даже
глядеть на других людей.
Однажды оп вышел из шатра. Сразу же около входа в
шатер с наружной стороны поднялся шум. Со всех сторон
сбегались хорезмийские воины. Несеви, подошедший
узнать, в чем дело и что случилось па пороге его канцеля¬
рии, увидел, что на земле лежит монгольский летописец,
пронзенный копьем стражника, караулившего вход в ша¬
тер. Стражник рассказал, как было дело. Оказывается,
монгол неожиданно вырвал копье у стражника из рук,
тупой конец его опер о землю, а на острие налег животом
и пронзил себя до спины, насквозь.
Несеви взял себе то, что монгол уснел уже написать
о жизни Чингисхана, и с этими бумагами уехал в Тбили¬
си, как то предписал ему Джелал-эд-Дии.
В Тбилиси стояла жара, к тому же кругом лежал пе¬
пел. Джелал-эд-Дии приказал поставить шатер на высо¬
кой горе, подымающейся над Тбилиси. Грузины называ¬
ют эту гору Табори. Там всегда прохладно, потому что тя¬
нет свежим ветерком.
Наслаждаясь прохладой, Джелал-эд-Дин возлежал и
слушал секретаря. Несеви читал своему повелителю «Яс-
су» — книгу законов, которую продиктовал Чингисхан.
—
«Каждый, кто наведет порядок в своем доме, в сво¬
ей семье и в своих владениях, достоин быть и хозяином
целой страны. Каждый, кто сумеет объединить вокруг се¬
бя десять человек и сделать из них хороших воинов и
предводительствовать ими в бою, достоин быть предводи¬
телем к десяти тысяч».
—
Истинно говорит великий Чингисхан. Кто может
править десятью человеками, тот управится с тысячью.
А кто не может вести за собой десяток, тому нельзя дове¬
рить и одного человека. Продолжай, Несеви, мы насла¬
димся мудростью Чингисхана.
—