хели.
—
Я тоже так думаю,— подтвердил Эгарслан,— маи-
датури Бардзим спьяну выболтал, что накануне вече¬
ром в духане у городских ворот схватили какого-то пер¬
са и женщину в мужском платье. Обоих доставили к
Мхаргрдзели, и атабек будто бы весьма обрадовался
этому.
—
Может быть, это была Хатуна?
—
Мне тоже кажется, что это была она. Бардзим пи
разу раньше ни видел жену гробовщика, но он говорил,
что женщина была необыкновенно красива.
—
Зачем понадобилось атабеку в ту же ночь пере¬
бить всех преступников? — размышлял вслух Ахалци¬
хели.
—
Это очень странно. Ведь у них могли быть сооб¬
щники, можно было выловить всех сразу. Но в одну ночь
были убиты и шейх Фаиз и Хатуна, тогда же бесследно
исчез купец Хамадавл.
—
А вдруг это атабек сам все подстроил, чтобы погу¬
бить царя? — перешел на шепот Шалва.
—
Мне самому это в голову приходило, да я открыть¬
ся не решался,— так же шепотом ответил начальник цар¬
ской охраны.
В то время как Ахалцихели и Эгарслан делились друг
с другом своими сомнениями, при дворе произошли собы¬
тия, которые еще больше их насторожили: мандатурту¬
хуцеси тайно покинул дворец, сообщив в оставленном ца¬
рю письме, что он решил отказаться от мирской жизни и
постригается в монахи для спасения своей грешной души.
А через педелю новоиспеченный монах скончался в мо¬
настыре.
133
За этой таинственной смертью последовало исчезно¬
вение нескольких стражников. Бесследно пропал тот
самый мандатури Бардзим, который рассказал Эгарслаиу
об аресте в духане переодетой красавицы.
Укрепившись в своих подозрениях, Шалва Ахалцихели
и Эгарслан решили доложить обо всем царю.
Царь окончательно выздоровел. Первым явился к нему
атабек. Вступив в покои, он воздел руки и возблагодарил
господа бога за спасение государя. Две слезы выкатились
из его глаз. Он подошел к своему воспитаннику и поцело¬
вал его в лоб.
Иванэ начал с того, как он печется о благоденствии
Грузинского царства и самого царя.
—
Хоть ты и отстранил меня от службы, я не оставил
усердного попечения о благе моего воспитанника и его
царства,— с упреком проговорил атабек.
Потом он подробно пересказал события той злосчаст¬
ной ночи.
—
Как только я удостоверился, что шейх ©аиз и рин¬
ды — это просто соглядатаи румского султана, й узнал
об их преступных планах, я весь город поставил на ноги,
велел окружить сад шейха, чтобы помешать ему уйти и
чтобы спасти тебя, царь. Шейха убили, когда он пытался
бежать, и я очень сожалею об этом, ибо живой он о мно¬
гом мог бы рассказать.
Георгий задумчиво слушал атабека и молчал.
Мхаргрдзели ждал, что он спросит о судьбе Хатуны,
по царь не задавал вопросов.
—
А несчастную Хатуну мы нашли убитой в опочи¬
вальне в обители шейха. Государь не должен жалеть о
смерти своей лицемерной подруги, которая предавала
его...— с насмешливой улыбкой добавил атабек и испы¬
тующе взглянул на Лашу.
Царь продолжал молчать. Только тихий вздох вы¬
рвался из его груди.
—
Как попало к тебе это письмо? — спросил он на¬
конец.
—
Царю угодно знать о письме жены гробовщика Ха-
мадавла? Его нашли в халате шейха Фаиза зашитым в
подкладку,— не моргнув глазом, солгал Мхаргрдзели. Он
не хотел, чтобы царь знал, как за ним и его возлюбленной
134
велась тайная слежка. Все, кто принимал участив в убий¬
стве Хатуны, исчезли с ней, так что никто не мог уличить
атабека во лжи.
—
Мы узнали об опасности слишком поздно, потому-
то хоть и удалось спасти тебя ж страну, но лишь с вели¬
ким трудом,— продолжал Иванэ.— Надеюсь, теперь ты
увидел, как искренне я люблю своего воспитанника и по¬
велителя. Если бы я таил зло против тебя, разве я ие мог
в тот вечер остаться дома и отпустить врагов наших, не
причинив им вреда? Я вовремя напал на след злодеев,
иначе, помилуй бог, царь мог бы не дожить до нынешнего
дня,— напыщенно произнес Мхаргрдзели.
У Лаши защемило сердце, и слезы набежали на глаза.
—
Провидение не допустило этого. Страна наша из¬
бежала страшной беды. Богу было угодно этой вот рукой
защитить трон и избавить народ от великой скорби!
Рыдания душили царя, он бросился на грудь атабеку.
Мхаргрдзели просиял.
—
Не надо, государь, не надо...— Иванэ гладил Лашу
по плечу и говорил отечески ласково, но на лице его иг¬
рала довольная улыбка.— Доверься наставнику твоему и
слуге, положись на меня, как твоя мать — блаженная ца¬
рица Тамар, положись на мою силу и преданность.
Двери распахнулись, и вошла Русудан в сопровожде¬
нии Эгарслаиа и братьев Ахалцихели.
Атабек с торжествующей улыбкой взглянул на вошед¬
ших.
При виде царя, плачущего на груди атабека, Шалва
остолбенел. Лицо его перекосилось. Он отвернулся и, тро¬
нув за рукав брата, увлек его за собой. Оба вышли.
—
Чувствительное сердце у нашего государя,— ска¬
зал Шалва с горькой улыбкой,— всем он доверяет.
—
Молод еще царь, войдет в года, станет мудрей,-^
отвечал Иванэ.
Шалве пришли на память случаи, когда Георгий посту¬
пал легкомысленно. Но беспечность юного царя казалась
ему естественной. Ахалцихели считал, что со временем
это пройдет и Георгий остепенится. Гораздо больше тре¬
вожила Шалву слабохарактерность венценосца, прояв¬
ляемая им к тому же в самые ответственные моменты.
Упрямый и своенравный, Лаша иной раз совершешго
падал духом, терял самообладание и мог искать помощи,
просить прощения у самого врага.
433
Не раз Шалва задумывался над этим и, утрачивая до¬
верие к царю, порой даже терял желание служить оте¬
честву и трону.
«Не напрасны ли все старания и труды при столь без¬
вольном государе?» — с горечью думал он иногда.
И теперь, при виде повелителя, плачущего на груди
своего злейшего врага, Ахалцихели совсем пал духом.
С тяжелым сердцем покинул Шалва дворец.
Под вечер царь вызвал к себе Эгарслана и братьев
Ахалцихели.
Лаша уже успокоился после утреннего потрясения,
Шалву и Иванэ он принял так, будто только что узнал об
их приезде, расцеловал обоих, осведомился о здоровье.
—
Что привело сюда нашего отважного воина Иванэ
и почему он покинул границу? — спросил царь.
—
По твоему приказу явился, государь! — склонив
голову, отвечал Иванэ.
Недоумение выразилось на лице Георгия. Он удивлен¬
но посмотрел на Шалву.
—
Гандза отложилась от нас, государь, и мы стяги¬
ваем войска к Тбилиси, — почтительно пояснил тот.
—
Ах да, я совсем было упустил это из виду,— сме¬
шался царь.— Гандзийсюш атабек вдруг ни с того ни с
сего отказался платить нам дань.
—
Он видит нашу слабость, государь! — заметил
Шалва.
—
Слабость? — удивился Георгий.
—
Да, именно слабость,— подтвердил Шалва.— Давно
уже сабли наши ржавеют в ножнах, войско грузинское
бездействует, предается праздности и неге.
—
Знаю я, знаю, да и тебе известны мои намерения,
Шалва! — начал царь.— Тебе известно и то, что нынеш¬
них наших войск мало для того, чтобы сделать все, что
нам нужно. Вот почему я и решил вызвать кипчаков.
—
Кипчакские воины теперь у гандзийского атабека,
потому и осмелел он и дань не платит поэтому.
—
Я знаю, что кипчаки служат теперь Гандзе. С та¬