А Лухуми дома? — спросил Лаша.
—
Нет, он в поле на току.
—
Да... Ну, что ж, едем в гости к Мигриаули,— при¬
нял внезапное решение царь. Слуги едва успели собраться,
Лаша вскочил иа своего гнедого.
После отъезда царских слуг Кетеван долго стояла у
очага, охваченная дурным предчувствием.
Во дворе залаяли собаки, раздался конский топот.
Лилэ торопливо спустилась по лестнице.
—
Царь едет! — крикнула она свекрови со страхом и
радостью в голосе и бросилась к воротам.
Георгий никак не мог одолеть своего недомогания. Чем
быстрее скакал р;онь, тем сильнее кололо в боку. Он весь
холодел от боли и все больше слабел. Он не мог даже
крикнуть слугам, которые ничего не замечали, чтобы то
179
придержали копей, не мог натянуть поводья, чтобы оста¬
новить своего гнедого.
—
Вот ока, жена Лухуми Мигриаули,— негромко про¬
изнес догнавший царя лучник.
Лаша не слышал. Целиком отдавшись воле коня, ои
почти потерял сознание. Но при виде женщины, вышед¬
шей ему навстречу из высоких ворот, он встрепенулся,
ему показалось, что все вокруг загорелось нестерпимо яр¬
ким светом. Он спрыгнул с коня и, едва держась на ногах,
шагнул к Лилэ. Но тут силы изменили ему, в глазах по¬
темнело, он качнулся и, не успев позвать на помощь, сва¬
лился у ее ног без сознания.
Сопровождающие кинулись к царю, подняли его га
внесли во двор.
Лилэ не сводила с Георгия глаз. Вот он перед ней, ужо
не прекрасное видение лашарского праздника, а живой
человек, юный, красивый и такой желанный. Не замечая
ничего вокруг, глядела на него Лилэ и чувствовала, что
силы покидают ее. В какое-то мгновение ей показалось,
что царь умер: она с трудом удержала рвущиеся из груди
рыдания, молча глотая слезы.
—
Наверх несите, в гостиную,— распоряжалась Ке¬
теван.
Опережая слуг, она взбежала вверх по ступеням, раз¬
ложила на тахте шелковые подушки. Царя бережно опу¬
стили на постель. Лилэ подсела к нему и дрожащими ру¬
ками стала расстегивать застежки его кафтана. Принесли
воды. Она брызгала ему в лицо, на грудь. Но глубокий об¬
морок продолжался.
—
Поезжайте скорее за лекарем.— Кетеван проводила
слуг до ворот.
—
Бывало с царем когда-нибудь такое? — спросила
она тревожно.
—
Мы не слыхали, не знаем,— отвечали слуги.
—
Не падучая ли у него? — беспокоилась Кетеван.
Слуги ускакали, и Кетеван вернулась в гостиную.
—
Ну как? Не пришел в себя? — спросила она шепо¬
том у Лилэ.
Лилэ отрицательно покачала головой.
—
Господи, что же это с ним? И надо же, чтобы в
нашем доме такое случилось! После нас будут винить во
всем...— Охая и сокрушаясь, Кетеван тихо вышла из
гостиной.
180
Бледная, дрожащая Лилэ склонилась над Лашой. Слов¬
но прощаясь со своей мечтой, она провела рукой по его во¬
лосам.
—
Неужели конец? — простонала она.
Слезы Лилэ, падавшие прямо на лицо Лаши, привели
его в чувство.
—
Лаша... Лашарела... Царь!— забыв обо всем иа све¬
те, воскликнула Лилэ.
Царь потянулся, словно после глубокого сна, раскрыл
руки и обнял склонившуюся над ним Лилэ. Она вздрогну¬
ла, хотела вырваться, но, ощутив какую-то слабость во
всем теле и сама не понимая, что делает, припикла к его
груди.
Царь в страстном поцелуе прильнул к ее устам.
На лестнице послышались шаги. Лилэ выскользнула
из объятий царя и повернулась к двери.
Вошли лекарь и Кетеван.
—
Не приходил в себя? — спросила тихо Кетеван.
Лилэ молчала, не зная, что ответить.
Лаша совершенно очнулся, но решил, что лучше будет
прикинуться, будто он по-прежнему лежит в беспамятстве.
Лекарь склонился над больным, взял его руку и стал
нащупывать пульс.
Кетеван настороженно следила за выражением его
лица.
Через мгновение лицо лекаря озарилось радостной
улыбкой.
—
Жив? — спросила Кетеван.
—
Жив...— ответил он, и все с облегчением вздохнули.
Лекарь объяснил обморок болезнью печени и назначил
лекарство. Он успокоил хозяев дома, сказав, что опасности
никакой нет, и удалился.
Лаша то ли уснул, то ли притворился спящим, и все
бесшумно вышли из комнаты.
У Лилэ точно выросли крылья. Ей казалось, что она
ходит, не касаясь ногами земли. Она не хотела сознавать¬
ся себе, в чем причина этой радости, заполнившей ее.
Поцелуй Георгия горел на ее губах. Она шла за чем-ни¬
будь и забывала, за чем идет. Брала в руки какую-
нибудь вещь и не знала, для чего она держит ее в
руках...
181
Кетеван хлопотала по хозяйству: нашла работу и цар¬
ским слугам, и соседям, приглядывала за тем, как пекут
хлеб, открывают кувшины с вином, режут скотину и
птицу.
Спальня Лилэ находилась рядом с комнатой, отведен¬
ной царю.
Миновала полночь. Лилэ не спала, не спал и царь,—
то и дело за стеной скрипела тахта и временами до Лилэ
доносилось негромкое покашливание.
Лилэ не понимала, что произошло с царем. Был ли то
приступ падучей, как обмолвилась Кетеван, или это бо¬
лезнь печени, как объяснил лекарь. Но странно, что царь
так быстро пришел в себя и обнял постороннюю женщину,
чужую жену... А вдруг он прикинулся больным, чтобы
разжалобить ее и соблазнить?
Нет, царь не мог позволить себе столь недостойного
поступка. Не мог он притвориться умирающим, ведь он
в самом деле не дышал! Да и для чего ему это! К его услу¬
гам всегда столько красавиц!
А может, с ним случилось то же, что и с ней? О чем
думала она, когда отвечала на поцелуй царя? Все полу¬
чилось помимо ее волн и рассудка. Может быть, и с Лашой
произошло то же?.. Ведь он такой же человек, как и все,
у него такое же сердце, как у других людей!
Не спала в ту ночь и Кетеван. Утомленная хозяйствен¬
ными хлопотами, она силой гнала от себя сон... Весь день
она не могла избавиться от дурного предчувствия, да к
тому же еще собака все время выла во дворе.
И как на грех, Лухуми все не возвращался. Мысли
Кетеван обращались к сыну: что с ним, не стряслась ли
беда какая, почему так задержался? Впрочем, ведь всего
два дня, как он уехал из дому... Но надо же было нагря,-
нуть царю, как раз когда Лухуми нет. Да и то сказать, что
это они затеяли — сын да невестка: к чему вчерашним
мужикам приглашать к себе в дом царя? Всем сердцем
чувствовала Кетеван, что ничего хорошего из этого не
выйдет. Но откуда ждать беду, как отвести'ее? Она реши¬
ла бодрствовать, во что бы то ни стало не смыкать глаз,
чтобы подстеречь грядущую опасность.
Когда во дворе перестал выть пес и затихли кони в
конюшне, когда все умолкло вокруг, усталость взяла свое,
и Кетеван погрузилась в сон.
182
Царь поднялся с тахты, прошелся по ковру. Ему не
спалось. Сердце тянуло его в соседнюю комнату, ту самую,
где почивала Лилэ. Он сам не отдавал себе отчета в том,
что это за желание — просто ли влечение к красивой жен¬
щине или нечто более сильное и глубокое. Нет, это не
плотское влечение, а стремление одной души к другой, к
своей половине, когда-то отсеченной. Это потребность
слиться с половиной своей, превратиться в единый дух,
единую плоть.
Много женщин встречал Лаша за свою недолгую
жизнь, не раз привлекали его красавицы, он влюблялся то
в одну, то в другую, но то, что испытывал ои теперь, не
было похоже на прежние чувства.
И надо же было, чтобы та, которую ему суждено было
полюбить сильнее всего на свете, была женой другого, да
еще его верного слуги!