Нет, это невыносимо, нужно уйти отсюда и больше не
возвращаться. Но сейчас уехать нельзя — придется всех
будить...
Лаша подошел к двери, тронул дремлющего стража.
—
Лухуми не приезжал? — спросил он шепотом.
—
Нет, государь! — так же шепотом ответил воин,
вскочив на ноги.
Царь приложил палец к губам.
Ночь была лунная, светлая. Сноп лунного света, про¬
никавший через приоткрытую дверь, делил комнату Лилэ
пополам. Обычно, ложась спать, Лилэ запирала дверь на
затвор. Отчего же сегодня, когда в доме столько посторон¬
них мужчин и Лухуми отсутствует, она оставила дверь от¬
крытой? Забыла? Тогда пусть встанет и закроет сейчас,
но она не встает и сама себе не признается, что ждет че¬
го-то...
Дверь медленно отворилась. На пороге застыла тень.
—
Лухуми, ты? — Лилэ приподнялась с постели.
Дверь бесшумно закрылась.
—
Это ты, Лухуми? Что ж ты не отвечаешь? — про¬
шептала Лилэ.
Ответа не последовало. Дрожа всем телом, Лилэ при¬
жалась к стене.
Она была еще прекраснее в лунном свете, испуганная,
трепещущая. Стыдливым движением прикрыла она грудь
распустившейся косой.
—
Кто там?
18-3
—
Это я, Лилэ, царь...— задыхаясь, произнес Лаша,
подходя ближе.
—
Почему ты здесь, государь? Что тебе нужно? —
прошептала Лилэ.
—
Мне нужна твоя любовь, Лилэ... — Он опустился на
колени и протянул к ней руки.
—
Что ты делаешь, государь!.. Встань... Уйди.. Нас
могут услышать... уходи сейчас же...
—
Пусть услышит весь мир... Я не могу, не в силах
уйти от тебя... Лучше бы я совсем не видел тебя или сразу
умер, увидев впервые! А теперь я не могу жить без тебя!
Делай со мной, что хочешь... Можешь убить меня вот тут
же, на месте...— горячо шептал царь, покрывая поцелуями
руки Лилэ, ее плечи, волосы.
Слабеющими руками старалась Лилэ отстранить его, и
в то же время всем своим существом тянулась к нему.
Обессиленная этой борьбой, она чувствовала, что перестает
владеть собой, и наконец, потеряв рассудок и волю, при¬
никла к пылающей груди царя.
—
Лаша... Лашарела...— только сорвалось с ее жар¬
ких уст.
Еще не пели первые петухи, когда Георгий встал, тихо
поцеловал спящую Лилэ и перешел в отведенную ему
комнату. Какую-то необычайную приподнятость чувство¬
вал он,— скольких женщин знал, но ни с кем не испы¬
тывал такого блаженства. Оказалось, что раньше в нем
говорила лишь страсть, которая не затрагивала души. По¬
тому-то и было доныне таким кратковременным наслаж¬
дение, исчезавшее вместе с утоленным желанием.
Только теперь постиг царь на себе самом смысл слы¬
шанной им не раз притчи о том, что разделенные надвое
души в этом мире стремятся к первозданному единству,
стремятся снова слиться в одно целое. Душа человеческая
прекрасна, ее влечет к себе все прекрасное и совершенное.
Но, только обнаружив за прекрасной внешностью красоту
духовную, она стремится слиться с ней — тогда-то и при¬
ходит истинная любовь.
Сколько раз, увлеченный красотой, Лаша считал себя
влюбленным. Однако душа его не находила отклика в ду¬
ше возлюбленной, и самое великое увлечение угасало с
той же быстротой, что и возгоралось.
184
Да, его душа долго
блуждала в поисках род¬
ственной души, и вот
теперь она обрела свою
потерянную когда-то по¬
ловину.
Так размышлял царь,
лежа в своей постели.
Близость не только
не умалила чувства,
возникшего при первой
встрече с Лилэ, но еще
более усилила его. Не¬
обычайный аромат ее
нежного тела и сейчас
влек Лашу к себе, опья¬
нял, одурманивал царя,
избалованного самыми
тонкими и дорогими
благовониями. Каким
изящным было каждое
движение Лилэ, каким
уместным было каждое
слово!
Нет, никогда Лаша
не был так счастлив.
Ни в одном роскошном
дворце не испытывал
ои такого блаженства, какое суждено было ему познать
в этом скромном доме, где на всем лежала печать при¬
сутствия Лилэ, ее чистоты и очарования.
Запели петухи, послышались шаги и тихие голоса во дворе.
Лаша спал мертвым сном, утомленный избытком
счастья.
Солнце стояло довольно высоко, когда Лилэ просну¬
лась.
Она сразу вспомнила все и только одного не могла вос¬
становить в памяти: когда Лаша покинул ее и как он вы¬
шел из комнаты.
Ока ощущала необычное чувство покоя. Наконец об¬
рела она того, с кем самим провидением предопределено
185
ей быть единой духом и плотью. А муж!.. Как молния,
пронзила ее вдруг мысль о Лухуми, страх и жалость охва¬
тили ее. Мысленно окинула Лилэ дни и ночи, прожитые
с Лухуми. Бесцветными и тусклыми показались ей они.
И она удивилась, как можно было считать счастливым
хоть единое мгновение в той, пройденной жизни, как мо¬
гла она принимать за любовь свою преданность мужу! До
вчерашнего дня, до встречи с Лашой, не знала она ни люб¬
ви, ни счастья.
Сладки были эти утренние грезы, но солнце поднялось
уже высоко, во дворе хлопотала прислуга, было слышно,
как колют дрова, точат ножи.
Лилэ быстро оделась и вышла на балкон.
Царя нигде не было видно. Доляшо быть, он еще спал.
Во дворе Лухуми, вернувшийся на рассвете, свежевал
молодую нетель, подвешенную за ногу к ветке орехового
дерева.
Лилэ не спешила встретиться с мужем. Она пошла
умываться и дольше обычного задержалась перед зерка¬
лом.
Особенно внимательно разглядывала она сегодня каж¬
дую черточку своего лица. Ей хотелось предстать перед
царем такой прекрасной и совершенной, чтобы первое
впечатление от ее красоты поблекло перед сегодняшним.
Еще раз окинула взглядом она свое отражение и, шур¬
ша парчовым 4 платьем, спустилась по лестнице.
Царские слуги замерли, завидев Лилэ. Они проводили
ее восторженными взглядами, словно мимо них пролетела
некая диковинная птица.
Иа кухне Лилэ столкнулась с Кетеван. Всю ее радость
как рукой сняло. Она остановилась, виновато потупила
голову и нерешительно поздоровалась с ней:
—
Доброе утро, мама!
—
Здравствуй, дочка! Лухуми вернулся, ты видела
его?
Лухуми услышал голоса матери и жены, повернулся
в их сторону. Сияя здоровым глазом, он с нежностью смот¬
рел на жену.
Как бы хотелось Лилэ избежать сейчас встречи с ним!
Но это было невозможно, и Лилэ медленно направилась
к нему.
—
Не подходи близко, дорогая, запачкаешься! —
Крепкие волосатые руки Лухуми были забрызганы кровью
186
заколотой телки, в руке он держал длинный окровавлен¬
ный нож.
Лилэ остановилась:
—
Почему ты не вернулся вчера вечером?
Лухуми показалось, что жена соскучилась по нему,
а у Лилэ мелькнула мысль, что Лухуми сам виноват в
случившемся: не приехал вовремя, вот и пеняй теперь па
себя!
—
Я только под утро узнал, что царь приехал, и сразу
же поспешил домой,— оправдывался Лухуми. Потом, по¬
дойдя к жене, он тихо произнес:— Ну, что? Добилась сво¬
его?..
Лилэ вздрогнула. Кровь медленно отливала от сердца.
Она испуганно подняла глаза: Лухуми улыбался ей с
прежним добродушием.
—
Видишь, как быстро сбылось твое желание. Царь
таки приехал к нам, теперь постараемся как следует при¬
нять его!
Лилэ глубоко, с облегчением, вздохнула, заставила себя
улыбнуться Лухуми и пошла к дому.