Она ничего не ответила. Ее пальцы терзали край занавески. Обида на Нормана, в чью преданность она до сего момента упрямо верила, душила Барбру.
— Я люблю и всегда любил тебя, — со вздохом произнес Норман. — Даже когда ты была замужем и делала вид, что счастлива в браке. Никто не понимал тебя так, как я. Твой муж изменял тебе, заводя интрижки на стороне с завидной регулярностью, а ты прощала его. Вас сплотила только борьба против Рода. В те годы ты была почти счастлива, потому что могла действовать, чувствовала себя причастной к происходящим событиям. Однако ты никогда не доверяла мужу так, как мне. Я старею, но мои чувства к тебе — нет. Более того, я люблю тебя такую, какая ты есть. Со всеми твоими недостатками, коих, поверь, не так уж и мало. А ты так и не научилась ценить мою любовь, хотя я никогда ничего не просил взамен.
— Уходи, Норман, мне нужно побыть одной, — глухо произнесла Барбра, так и не повернувшись к нему.
— Захочешь поговорить — звони, — произнес он обреченно и, дойдя до двери, остановился и добавил: — Тебе пора начать жить собственной жизнью, Барбра. Твоя дочь выросла, и ты ничего с этим не поделаешь. Ты не можешь помешать ей любить. Подумай хоть разок о себе, Барбра, без твоего обычного эгоизма. Тебе нужно научиться наслаждаться тем, что имеешь.
С этими словами он вышел из комнаты. Барбра видела, как он покинул дом, как сел в автомобиль и уехал. Она стояла у окна до тех пор, пока не стемнело, а потом, тщательно вытерев непрошеные слезы, задернула занавески.
10
Джесси высматривала Рода в толпе встречающих и не находила его. Аэропорт гудел, как растревоженный улей. Обычное дело, но Джесси шум был непривычен. Она мечтала оказаться в своей тихой уютной квартире.
Страна, в которой Джесси никогда не была, пугала ее. Если Род не появится, если передумает приехать за ней, то ничего другого не останется, как взять обратный билет.
На глаза ее навернулись слезы. Она еще крепче стиснула ручку чемодана и медленно побрела вперед, к выходу из здания аэропорта. Кто знает, может быть, Род ждет ее на автостоянке… Или еще где-нибудь. Так тяжело было поверить, что он не придет.
Неожиданно кто-то стиснул ее плечо. Она испуганно охнула, обернулась и тут же с облегчением вздохнула, увидев Рода.
— Я думала, ты не придешь…
— Не приду? — удивился он, подхватывая ее чемодан. — Хорошего же ты обо мне мнения, Джесси! Считаешь, что я мог оставить тебя здесь, в чужой стране?
Она засеменила за ним, чувствуя что напряжение постепенно начало отпускать ее. Род выглядел как настоящий, стопроцентный испанец. Она знала, что его предки были родом из Толедо, но только сейчас поняла, как сильно ее бывший муж отличается от обычных американских мужчин, которых она привыкла видеть.
Так вот почему Род был таким притягательным. Женщины интуитивно угадывали его южные корни, а ведь испанцы славились своим необузданным любовным темпераментом. Хотя, возможно, это лишь один из мифов.
— Твоя мать ждет нас? — спросила Джесси с тревогой. — Она не будет против того, что я поживу в ее доме?
— Не могу сказать, что она безумно рада, но возражать не станет точно, — сказал Род.
— Ну спасибо, успокоил. — Джесси судорожно вдохнула воздух и вдруг зажмурилась от яркого солнечного света — они вышли из аэропорта.
Род взял ее за руку и потащил за собой через толпу.
— Здесь нельзя зевать, Джесси! Иначе потеряешься. Не отставай от меня, и тогда я смогу довести тебя до автомобиля.
Солнце палило нещадно. Джесси сто раз пожалела, что не надела более легкую одежду. Однако в машине стало гораздо легче благодаря кондиционеру. Как только Джесси уселась, Род завел мотор и повернулся к ней.
— Мне нужно сказать тебе пару слов, прежде чем мы поедем.
Она расправила юбку и подняла на него покорный взгляд. Джесси была так счастлива, что Род встретил ее, что заранее согласна была на все его предложения.
— Во-первых, — сказал Род, — не забудь: мама считает, что ты все еще моя жена. Во-вторых, мне хотелось бы сразу уточнить, зачем ты все-таки приехала.
Джесси захлопала ресницами.
— Как зачем? Мне казалось, что это и так понятно…
— Ты хочешь стать моей любовницей? — деловым тоном спросил Род.
— Вот уж нет! — возмутилась она неискренне. — Мне просто показалось, что нам необходимо немного побыть вместе. Вроде бы не все чувства еще остыли… Или ты так не считаешь?
Он хмыкнул.
— Странно, что ты заговорила о чувствах, Джесси. Разве за пять лет ты не забыла обо мне?
Она покраснела до корней волос и с трудом сдержалась, чтобы не разрыдаться. Ох, он все время бьет по больному! Джесси никак не могла признаться ему в том, что не смогла забыть его. Ей казалось, что Род будет смеяться над ней.