— Пошли. Я быстро соберусь. — Кэролайн легко поднялась и направилась в ванную.
Они шагали по узкой дорожке между серых глыб, заботливо выложенной мелкими, обкатанными водой камнями. Путь до старого маяка оказался не таким уж близким. Кое-где каменная гряда становилась совсем узкой, и наползающий океан пугал Кэролайн, как любое неотвратимое событие, на которое не можешь повлиять.
Наконец они вышли к самой оконечности мыса, на полукруглую площадку, засыпанную галькой, влажно поблескивающей в лунном свете. Площадка была окружена высоким волнорезом, через который не могли перебраться даже приливные воды. Впереди, над серыми камнями, сложенными почти правильной пирамидой, высился маяк. Его оштукатуренные стены были словно нарисованы мелом на шероховатой доске ночного неба, а узкий луч чертил правильные полукружия на океанской зыби. Каждый раз, когда конус света разворачивался в сторону суши, он выхватывал из темноты высокую ограду, которая окружала другой, старый маяк этого мыса.
— Смотри! — Заслоняясь рукой от яркого света, Джон указал Кэролайн на еще крепкое старинное сооружение. — Этот маяк построили еще первые поселенцы, а закрыли его лет пять назад.
— Почему? — Кэролайн приходилось почти кричать, чтобы перекрыть несмолкающий шум приливной волны.
— Не знаю, наверное, на реставрацию. Его оставили для привлечения туристов.
— И на беду самоубийц, — услышала Кэролайн за спиной старческий голос.
Она обернулась, Джон тоже. Рядом с ними, опираясь на толстую палку, стоял пожилой, небольшого роста мужчина. Лицо его в темноте казалось маской, сделанной из темной выдубленной кожи.
— Как это? — спросила Кэролайн.
— Да вот так, — криво усмехнулся незнакомец. — Все знают, что у Земли есть два полюса, Северный и Южный, а есть еще магнитные полюса, полюса холода и недоступности, а есть еще такие точки, куда как магнитом тянет самоубийц. Так то!
Кэролайн зябко поежилась. Голос рассказчика звучал глухо, а когда луч света от маяка блуждал по воде, то казалось, что сама ночная темнота разговаривает с непрошеными гостями. И хотя на площадке перед маяком гуляли еще несколько человек, Кэролайн казалось, что они здесь одни: она, Джон и этот странный голос. Но что-то в его звучании, манере говорить привлекало. Кэролайн стало любопытно. Она незаметно сжала ладонь Джона, который хотел уйти.
— Я никогда не слышала о таких полюсах. Что это за места и при чем тут старый маяк?
— Истаук, — прошелестел голос. — Этот маяк называется Истаук. Никто не знает, что это за полюса, притягивающие к себе отчаявшиеся души. И как определить, что ничем не примечательный, с виду мост или не самый высокий среди своих собратьев небоскреб вдруг станут последним пристанищем тех, кого уже ничто не держит на этой земле? Что могла заложить природа в не отличающийся особой красотой обрыв над каменистым берегом океана, чтобы с прибрежных камней практически раз в полгода убирали труп? И как же зол был на весь мир архитектор, соорудивший смотровую башню, с которой регулярно бросаются вниз? А ведь такие места существовали всегда, и они продолжают притягивать тех, кто хочет расстаться с жизнью. А предприимчивые туристические агентства включают их в программу обозрения какого-нибудь богом забытого городка, сочиняя красивые легенды о несчастных женах, покинутых возлюбленных и прочей впечатляющей ерунде. Так случилось и с Истауком. Сейчас-то он закрыт, а когда-то сюда съезжались толпы туристов, и среди них непременно находился кто-нибудь…
— Послушайте, — прервал Джон зловещий рассказ, — а не зайти ли нам в таверну на берегу? Возьмем по стаканчику, и вы нам расскажете вашу историю. Как ваше имя?
— Деррек, или доктор Деррек. Я работал здесь врачом, когда старый Истаук еще был открыт. Что ж, я не откажусь выпить, если вас заинтересовала моя история.
Кэролайн благодарно сжала руку Джона. Он понял, что ей сейчас хотелось выслушать старика.
Медленно, подстраиваясь под неторопливую поступь нового знакомого, Джон и Кэролайн направились вместе с ним к низкому деревянному домику с побеленными стенами, что стоял в стороне от маяков, ближе к каменной гряде.
— Раньше это был дом смотрителя, — сказал Деррек, указывая на строение, — а сейчас просто забегаловка.
— Что, Деррек, — приветствовал вошедших хозяин кафе, — нашел себе новых жертв? Не слушайте его, господа! Он так клянчит дармовую выпивку.
— Каждый живет, как может, — буркнул доктор Деррек, — а ты, Трейси, в следующий раз, когда тебя прихватит твой радикулит, отправляйся к молодому Грегсону и не выпрашивай у меня мазь. Пусть-ка он тебя полечит своими новомодными таблетками.