Глава 2. Спасение от тоски
В любом случае стоит признать: любовником этот таинственный тип оказался ве-ли-ко-лепным.
Обычно в постели мужчины глухи. Даже самые опытные из них. Этот парень меня чутко слушал. Его тихая фраза:
“Ты пахнешь осенним дождём. Это грустно. Я буду с тобой очень нежен,” — до сих пор вызывала во мне какую-то неизъяснимую дрожь.
Всю прошедшую ночь мой неожиданный гость выполнял данное мне обещание. Ему всё удалось. Впечатляюще-ювелирно и восхитительно-сладко.
Впервые я потеряла контроль над собой. Впервые забылась в руках молодого мужчины…
Я молча размешивала остывающий кофе, делая вид, что задумалась. И прятала взгляд от подруги.
— Шат, что с тобой? — она всегда чутко чувствовала перемены моего настроения. — Ты побледнела… Снова будешь страдать?
— Брось, Ми-Ми… — я поморщилась, отхлебнув горький кофе. — Прошло полных пять лет. Я даже лицо его вспоминаю с трудом.
Точно буду страдать. Но чуть позже. Неприятное чувство не отпускало. Ощущение надвигающихся перемен. Словно северный ветер подул, норовя разметать то немногое, что я успела построить и сохранить после смерти Ольфрена.
Мой муж не был кем-то особенным. Талантливый ювелир, наследник семейного дела. Говорили, что в жилах Моинов течёт кровь древних гномов. Спорить всё равно уже некому, род ювелиров прервался, детей у нас с Ольфреном не было…
Ничего толком не было. Ни любви, ни симпатии, ни взаимного уважения. Был только брак по расчёту.
Впервые в истории рода Моинов расчёт их подвёл…
Зеленоглазый красавчик случайно возник в моей спальне. Мы познакомились на благотворительном вечере Общества артефакторов, где я привычно скучала, слушая старые-старые-старые сплетни.
Никаких новых лиц, ничего интересного.
Мистер Бинфлой с новой супругой (кажется, восемнадцатой?) и идеями, старыми, как каменные мостовые Майнбурга. Красавчик Энер Януар, владелец крупнейшего артефакторного производства, тоже явно скучал, его слушая. Он мне даже кивнул, явно этому сам удивляясь. Я в ответ приветливо улыбнулась. С Энером мы не конкуренты, и никогда ими не будем.
Мои артефакты всегда уникальны и дороги.
Уныло бродя между высокими витринами, за стёклами которых были выставлены “новейшие разработки королевской артефакторики”, я мысленно отмеряла минуты. Ещё четверть часа мне придётся болтаться и делать вид искренне-восхищённого зрителя.
— Тоже скучаете? — моего слуха коснулся низкий, бархатный голос.
Тронув губами край бокала с шампанским, я медленно обернулась. Передо мной стоял молодой человек. Он смотрел так насмешливо, что мне захотелось плеснуть в эту наглую морду шампанским.
Невысокий, чуть выше меня с каблуками, явно быстрый и гибкий. Уже определенно не мальчик, но ещё и не зрелый мужчина. Грива тёмно-зелёных волос аккуратно заплетена в гладкие косы. Пухлые губы, решительный подбородок, прямой взгляд широко расставленных глаз и серьга в левом ухе.
Чей-то юный любовник? Мэтры старой артефакторики по благотворительным вечерам своих сыновей не водили .
— Что вы, милейший! Разве можно скучать в обществе старых лгунов, их любовниц и прочего высшего света? — я отвернулась, решив для себя, что мальчишка и так получил неоправданно много внимания.
— А хотите, я помогу вам сбежать? — он обошёл меня слева и снова предстал во весь рост. Одет молодой покоритель несчастных сердец немолодых артефакторш был дорого, но со вкусом. Тёмно-зелёный френч со стойкой-воротником. Брюки в том, новомодные туфли, перчатки в руках.
— Бегите… — ответила я равнодушно.
— Вы напрасно отказываетесь, — он улыбнулся лукаво и подмигнул мне. — Должен признаться, что я совершенно случайно услышал о планах милорда Эврея посетить этот благотворительный вечер. И выступить с речью на нём. Вон он, видите? Прибыл. Ещё пара минут, и отсюда сбежать не получится даже у мух.
Я с сомнением посмотрела на выход и содрогнулась всем телом. Красавчик не лгал. Герцог Эврей уже прибыл. Старый бездельник, будь он неладен.
— Чего вы хотите? — решительно водрузив свой бокал на витрину, я двинулась в сторону выхода.
— Помочь одной даме, попавшей в беду, — одним гибким движением зеленоволосый красавец догнал меня и предложил свой крепкий локоть. — К тому же никто не подумает задержать меня с дамой. Вы защитите меня от поклонниц, а я вас спасу от унылой тоски. Договор?
Он уверенно вёл меня к неприметной двери, и неожиданно я вдруг решила, что пусть. Побег из-под носа Эврея в обществе неизвестно ловеласа и сердцееда — чем не весёлое приключение?