Спустя несколько часов подъёма по описанию мы оказались в нужном месте. Я достала кожаную фляжку с водой и предложила льву, но тот демонстративно отвернул морду, а вот сова была рада, когда я по чуть-чуть выливала воду на маленький язычок.
Стоя на плоской возвышенности застеленной зеленым ковром травы я никого не наблюдала и только несколько раз осмотревшись по сторонам на соседней такой же заметила черный силуэт в виде вопросительного знака в окружение белых точек. Пришлось бегом спустится вниз, а потом снова в таком же темпе подниматься вверх. Ух, вот теперь это было тяжело.
На обломанной вершине небольшой горы на сухом поваленном бревне сидел мужчина, прижимая к себе корявый посох. Огромный серый капюшон плаща закрывал лицо, которое он явно прятал от Солнца. Вокруг него была примерно дюжина овечек. Они мирно лежали и пережёвывали траву, внешне они не были похожи на больных. Я пошла к одной и проверила глаза, они были чистые и дыхание ровное.
— Гхм, — я прокашлялась, обращая внимание мужчины, — Добрый день, простите пожалуйста за беспокойство, меня зовут Лиа, и я здесь по поручению Аделоилы Рокс. Она передает вам лекарства для ваших животных. — я поспешила достать из сумки бумажные свертки с лекарствами и протянула вперед мужчине, — Вы ведь здешний пастух? Я не ошиблась? Другого ведь нет?
— Ты пришла верно. Как хорошо, спасибо, ты присаживайся, — он указал мне на поваленное напротив него небольшое бревно, — За лекарство отдельное спасибо, ей и тебе тоже, положи их. — он сбросил старой, сухой морщинистой, иссохшей практически до кости рукой капюшон и оказался действительно слишком древним. Густые, длинные седые брови закрывали глаза, которые из без того, были прикрыты сморщенной кожей век. Его лицо было всё в глубоких морщинах, которые лучами расходились от глаз. Большой нос и длинная белая борода достающая до самой земли. Сколько же ему лет? Нужно будет поинтересоваться у тетушки.
— Расскажите, а что именно случилось с овечками, я посмотрела их, кажется они здоровы, — я еще раз взглядом пробежалась по животным и ничего странного не заметила.
— Ну знаешь ли, дитя, болезни бывают разные… — задумчиво сказал старичок и потупил взгляд куда-то вниз прямо в центр между нами. Лев тоже сел от меня справа, а сова спрыгнула с плеча в траву и топталась там видимо, разминая тело, сейчас не ее время, слишком рано.
— А вам нужна помощь? Простите, что так обращаюсь, я к сожалению, не знаю вашего имения.
— Я тоже его не помню, поэтому просто называй меня дедушкой.
— Хорошо, дедушка.
— С тобой пришли такие интересные звери, — сказал он многозначительно, — Почему лев не здоровается и не говорит?
— Ну, что вы дедушка, он не может. В нашем поместье разговаривать умеет, только какаду и то за леденцы, в остальных случаях у него очень ограниченный и избирательный словарный запас.
— Хм, не может значит… — он погладил длинную бороду и начал что-то искать рукой в широких карманах.
— Дедушка, вы не ответили, вам нужна моя помощь? Вы ведь такой старенький и совсем один, я могла бы раздать животным лекарства или что-то сделать для вас.
— Заботливая. Как думаешь, ты всегда такой была?
— Дедушка, сложно сказать, я об этом не думала, но, наверное, да.
— У меня для тебя тоже кое-что есть, вот держи, — и достает тонкую зеленую веточку на которой висит одинокая синяя ягодка и протягивает ее мне, — это волчья ягода, сейчас она в самом соку, попробуй.
Я хочу забрать угощение, но тут чувствую, что лев резко дергается в мою сторону, а потом замирает словно окаменевший, только его глаза слишком широко распахнулись и он как-то странно смотрит на меня, а потом на ягоду и так несколько раз. Сова тоже хотела дернутся чтобы взлететь, но так и осталась в траве и замерла пронзительно смотря мне в глаза. Да, что это такое с ними?
— Спасибо, — я забрала скромный дар и зубами сорвала с веточки ягодку, она была вкусная, сладко-кислая и чем-то отдалённо напоминала чернику. Жую ягодку и в какой-то момент она становится особенно кислой, настолько, что я зажмуриваюсь, а когда открываю глаза, то замираю в тревоге.
Напротив, меня стоял уже не старичок, а мальчик лет десяти с золотыми волосами, в белой накидке, развивающейся на ветру, с белым посохом в руках. Вокруг нас скакали овечки в прыжке поднимаясь так высоко вверх, что их вполне можно было бы спутать с облаками. Льва не было, на его месте опираясь на одно колено присел тот самый знакомый незнакомец с белыми волосами обнажённый по пояс, а на траве рядом сидела белоснежная сова с целым клювом.
— Ой, дедушка, то есть мальчик, или как мне вас называть, а что за ягоду вы мне дали? — я озиралась по сторонам, и слушала свое быстро бьющиеся сердце.