― А очнулась я уже среди пиратов…
― То есть до прибытия сюда ты всё время находилась на пиратском судне?
Он очень надеялся, что ошибается. Скай в его глазах была беззащитным тепличным цветком, который не мог переносить элементарное невнимание, ни то что жестокое обращение и лишения.
― Да. Почти два месяца уже прошло с тех пор, как я… Как мы… ― она запнулась, не желая произносить свои мысли вслух.
Странно, но говорить об этом было тяжелее, чем думать… Как будто то, что было произнесено, сразу же становилось неоспоримой правдой, когда как мысли можно было считать просто бурной фантазией, вышедшей из-под контроля. Повисла гнетущая тишина. Нил посмотрел на Скай, которая уставилась отрешённым взглядом куда-то в угол. Он подумал о самом худшем и с трудом заставил себя заговорить:
― Скай, мне так жаль… Я даже не знаю, что сказать…
Его большие серые глаза выражали полную растерянность и ужас. Она не сразу поняла, что вызвало у Кэффри такую реакцию.
― Да нет, всё не так плохо. Я в порядке.
От нее не укрылось, что Нил отвёл глаза и с несвойственной ему неловкостью, явно подбирая слова, пытался сформулировать всё как можно деликатнее. Через пару секунд, всё ещё сомневаясь ― стоит ли это озвучивать, он всё же решился.
― Я понимаю, тебе тяжело говорить об ужасе, который ты пережила. И не нужно, ― он снова сделал паузу. ― Теперь ты здесь, со мной. Всё закончилось. Я клянусь, больше тебя никто и пальцем не тронет.
Он посмотрел на неё с каким-то странным выражением сочувствия. И тут до неё дошло, что он имел ввиду.
― Нет, Нил, что ты!
Скай чуть ли не подскочила на месте. Её щёки покрылись красными пятнами, а по телу пробежала дрожь.
― Ты неправильно всё понял. Они меня не трогали. Господи, как же ты мог такое подумать! О боже…
А ведь всё могло быть именно так. Она опустила голову, потирая пальцами лоб. Страх, который она зарыла глубоко внутри окатил её горячей волной, когда она увидела в глазах Нила сострадание и жалость. Всё могло быть так… И должно было быть. Сколько раз она думала об этом ― отстранённо, без напрасных эмоций, так, как думают о неизбежном. Сколько раз она сворачивалась клубочком на полу в своей «каютке», сжимая в руке нож, который хранила под тряпьём; сжимала с такой силой, что пальцы немели, а душа цепенела от страха. Сколько раз она отчаянно вслушивалась в скрип дерева и унылые стоны палубных досок, чтобы понять стоИт ли кто-то за дверью и проваливалась в сон от безысходности и изнеможения. Но всего этого не произошло.
Услышав реакцию Скай, Нил резко откинулся на спинку кресла. Проведя рукой по волосам, он с облегчением выдохнул.
― Я просто подумал… Прости.
― Мы либо о пиратах ничего не знаем, либо мне посчастливилось встретить самых благородных из их числа.
Скай первая прервала затянувшееся молчание и едва заметно улыбнулась, стараясь замаскировать неловкость, которую ощущала всем своим естеством. Сначала она рыдала у Нила на плече, теперь этот разговор… Не привыкла она так морально оголяться перед людьми, тем более что с Кэффри они были не очень близки.
― Но ты от них сбежала, ― всё ещё плохо понимая ситуацию уточнил Нил.
― Не совсем… Я… ― Скай снова запнулась. Почему-то все мысли, которые она проговаривала вслух звучали совершенно не так, как она хотела. ― В общем, я им помочь должна.
― Чем ты им можешь помочь?
― И ты туда же… ― с укором покачала головой Скай, отвечая на недоверчивый тон Нила. ― Неужели я выгляжу настолько беспомощно?
Он усмехнулся, хитро прищуриваясь.
― Просто в моём понимании, помощь пиратам требует некоторого преступного умысла. А ты и преступный умысел вещи совсем несовместимые.
Скай закатила глаза. Нил смотрел на неё с такой нежностью, как на ребёнка.
― И не говори, святее всех святых! Нимб трещит под тяжестью моих благородных намерений, ― она иронично улыбнулась, но тут же серьёзно добавила. ― А если без шуток ― я их единственный шанс. Корабль околдован и вся команда заперта на борту.
Кэффри ничего не ответил и лишь наградил Скай долгим недоверчивым взглядом. Пока вопросов у него было больше, чем ответов.
― Сам сидишь тут, посреди XVIII века и ещё мне не веришь.
― И то верно… ― задумчиво произнёс он. ― Постой, то есть, ты хочешь сказать, что вместо того чтобы бежать, ты собираешься к ним вернуться? Ты это серьёзно?
― Конечно. Как я могу бросить людей на верную смерть?