Но вскоре их настроение изрядно улучшилось, и причиной тому стал разговор Скай с Жизель. Пираты были в восторге от того, как аристократочка изобразила сестру Джека и даже немного оттаяли, в отношении своего капитана, улыбавшегося во весь рот. Воробей обожал внимание и сегодня он получил его со всех сторон. А её заявление, что все его избранницы владеют техникой «сальто назад» довело команду просто до истерики. Даже самые сдержанные и не настроенные на всеобщее веселье Тёрнеры хохотали до слёз. Теперь каждый день, как солнце заходило, Джек проводил ритуал с порошком и вся команда, начиная с капитана и заканчивая самым молодым юнгой собиралась вместе. За время всех этих «сеансов» пиратам удалось узнать про Скай много нового, того, чем она боялась поделиться и не могла им рассказать, то чего она никогда раньше не показывала. Её поведение за пределами корабля разительно отличалось. Скай, которую они увидели на Тортуге полюбилась им ещё больше; весёлая, свободная, с несвойственным для девушки того времени чувством юмора и достойная ― качество, которое всегда оставалось при ней, что бы не происходило вокруг. К тому же, они узнали, что их любимица дивно поёт. А Воробья так и распирало от гордости, ведь ему первому посчастливилось раскрыть секрет аристократочки.
Самым важным для них, конечно же, был момент встречи Скай с ведьмой. Джек был уверен, что его давняя подруга знает, как расколдовать Жемчужину и к его удивлению, Скай была уже в шаге от успеха.
― Чего оно на самом деле хочет… Кого оно хочет…
― Кажется, сейчас мы узнаем, кто избранник аристораточки, ― восторженно хихикнул Раджетти, потирая руки и обмениваясь заговорщическим взглядом с Пинтелом.
― Да тихо вы! ― зашикали на них остальные.
― Его сердце занято, если ты об этом. Скажем так, он женат.
По палубе прокатился удивлённый шёпот.
― В женатого влюбилась!
― Во дела…
― Настрадается бедняжка…
Тут все начали оживлённо обсуждать, кто же этот счастливчик. Женатых на корабле было не так уж много, и пираты уже вовсю спорили, к кому из них аристократочка испытывает нежные чувства, как вдруг Элизабет громко, предположила:
― Художник ― её друг. Он кажется женат… И судя по тому, как она ведёт себя с ним и позволяет ему до себя дотрагивается, это именно он.
На мгновение повисла тишина, которую прервал саркастический тон Воробья.
― Вы правда подумали, что благородная красотка прельстилась кем то из вас! Ха! Не про нашу честь, други… ― он ухмыльнулся, и отсалютовав бутылкой, сделал несколько больших глотков.
Элизабет удивлённо уставилась на капитана Жемчужины. "Не про нашу честь..." ― было в этой фразе что-то странное… Эмоция, совершенно не свойственная Воробью пробежала по его лицу и тут же скрылась за ширмой привычной для него насмешливости. Когда это Джека волновал вопрос его статуса? Элизабет не успела хорошенько поразмыслить над своим наблюдением, потому что кто-то из пиратов громко выкрикнул.
― Смотри, чего творит!
Все, как один повернули головы в сторону Скай и Тиа Дальмы и увидели, как первая пригвоздила ведьму к стене и воткнула рядом с её лицом нож.
― Хватит со мной играть. Говори заклинание!
Вдруг изображение затряслось, а пудра из которого оно состояло начала осыпаться прямо на палубу
― Что ты делаешь?
― Это не я!
― А вот и черти в тихом омуте, ― протянул Джек, увлечённо наблюдая за эффектной сценой.
Никто не ожидал ничего подобного. Обычно сдержанная и спокойная Скай предстала перед ними совсем в другом обличье. Джек давно подозревал, что девушка полна сюрпризов, но её ведьминское происхождение даже для него стало новостью, а он ведь первым делом, как увидел её, грешил на колдовство. Кэп уже начал подсчитывать все плюсы и минусы сложившейся ситуации и искать здесь выгоду. Могущественная ведьма благосклонная к нему ― это явный плюс, а сильная неопытная ведьма уже может обернуться минусом. Появился шанс на спасение ― плюс, велика вероятность, что она накличет на них беду ― минус.
Мысли в голове Джека скакали, сбивая друг друга буквально на ходу. Он отвлёкся и совершенно забыл про захватывающую пьесу, которая разворачивалась на палубе прямо у них на глазах.
― Кажется дело худо, ― услышал он голос старпома прямо у себя над ухом. Когда он поднял глаза, то увидел, что Скай лежит корчась от боли, а рядом художник разговаривает с его отцом.