И когда она столкнулась с Джеком у самого входа, то мельком подумала, что эта сцена стоит слащавого и дурно написанного романа, насквозь пропитанного неловкими моментами, которые заставляют трепетать сердца девочек и одиноких отчаявшихся женщин.
― Милая, я понимаю, что ты по мне соскучилась, но так набрасываться на мужчин… это уж слишком.
Скай была настолько зла на себя и на непонятные чувства бурлящие в ней, что даже не смутилась по своему обыкновению, а вместо этого только по-кошачьи сверкнула глазами.
― Ладно, ладно. Я помню, что с тобой так нельзя… ведь ты у нас до неприличия приличная особа, ― сострил Джек, нехотя убирая руки с талии девушки. ― Тем более, что я теперь у тебя в долгу, смекаешь.
Кэп был в отличном настроении. Его улыбка снова нагнала смущение на девушку, но она очень старалась не подавать виду. В самый подходящий момент, когда обстановка с подачи Джека, уже начинала приобретать опасный соблазнительный вектор, Скай почувствовала, жгучую боль на ладонях и поморщилась.
― Что там у тебя?
Воробей отвлёкся от роли хищника, и посмотрел вниз, прослеживая взгляд девушки. Он взял её обмотанную тканью ладонь в руки и деловито рассмотрел со всех сторон. Тряпка присохла к стёртой в кровь коже, и причиняла боль, когда Скай разжимала кулаки. Пальцы тоже довольно сильно пострадали. Зрелище было печальное и пират многозначительно присвистнул.
― Сядь на окно, ― скомандовал он и указал, на нишу, где Ласточка обычно усаживалась читать, а сам начал рыться по многочисленным сундукам в поисках тряпок и спиртного.
― Можешь поблагодарить за это Элизабет, ― проговорил он и ловко выдернув зубами пробку из бутылки, подошёл к своей пациентке. ― Если бы она подпустила меня к тебе, пока ты была без сознания, я бы уже обработал твои пальчики и было бы не так больно, как сейчас, ― тут он резко дёрнул за конец ткани, который никак не поддавался. Скай отвернулась и болезненно морщась зашипела.
― Она что тебя из собственной каюты выгнала, ― заговорила Скай, снова повернувшись и внимательно наблюдая, за его манипуляциями.
― А ты осмелела, ― заметил Джек, прижимая к ране, смоченную ромом тряпку.
Он специально провоцировал её, но Скай не хотела зависеть от его уловок, поэтому стойко выдержала и боль, и прожигающий насквозь взгляд капитана. «Нет уж, ты меня не раскрутишь на эмоции Джек Воробей и в голову тебе мою не влезть» Интерес капитана явно возрос, и она не совсем понимала причину. Неужели его настолько впечатлило, что ей удалось вызволить их? Возможно… Но было ощущение, что он узнал про неё что-то… Чем она не собиралась делиться, и теперь хочет узнать ещё больше. Но как? Её же не было несколько недель. Или её отсутствие на него так подействовало? Он что всё это время думал… о ней? Она отвела глаза, не выдерживая его тёмного взгляда в упор.
Джек коротко ухмыльнулся, обнажая золотые зубы и продолжил внимательно разглядывать её красивое лицо. Похоже его ничего не смущало. Девушка теперь представляла для него большой интерес. Он решил для себя, что ведьму с таким потенциалом лучше оставить при себе. Но как ни странно, в этот раз он руководствовался не одной лишь выгодой… Ему было любопытно. И этим всё сказано. Если Джеку Воробью было любопытно, то он не мог остановиться ни перед чем, пока не разгадывал загадку до конца. Скай стала для него этой самой загадкой. Как ей удалось скрывать на протяжении стольких месяцев всё то, что он увидел в ней на Тортуге? Джек многое пережил и большинство людей видел насквозь, он даже мог предугадать ход их мыслей и следующий шаг. Но Скай была для него закрытая книга, которую он собирался прочесть от корки до корки.
― Руки аристократочки не созданы для гребли, ― констатировал Джек, отвлекая и себя и Скай от размышлений.