― Мне нужно найти Элизабет, ― промямлила она, избегая взгляда пирата и отступая на безопасное расстояние. Она так и не осмелилась посмотреть на него, когда выходила из кают-компании. Только на палубе она поняла, как катастрофически ей не хватало воздуха. В голове была каша и даже свежесть вечернего бриза не смогла привести мысли в порядок. Скай совершенно не понимала, что с ней происходило, но одно она осознавала точно: страха к Джеку она больше не испытывала. Эддингтон чувствовала, что он не станет намеренно причинять ей зло. Страх уступил место чему-то другому, что заставляло душу трепетать, а сердце пропускать удары. Она снова предпочла отмахнуться от своих мыслей, чем признаться самой себе, в том, что она, как и многие другие поддалась чарам Джека Воробья. От этого страшного открытия её спасла одинокая фигура Уилла, который задумчиво всматривался в даль, опершись на фальшборт. Скай уцепилась, за возможность отвлечься от мыслей о Воробье, как за спасательный круг и стремительно направилась к Тёрнеру. Она не сразу решилась завести разговор, уж очень Уильям был мрачен.
― Когда ты перестал верить? ― спросила она, набравшись смелости.
Уилл повернулся к ней и вымученно улыбнулся. Он сразу понял о чём она говорит.
― Где-то через пол года после встречи со Шрией. Тогда мы уже были на борту Жемчужины. Теперь же осталось совсем немного времени…
Его голос звучал отрешённо и безлико, как будто он больше не видел ни в чём смысла.
― Элизабет не в курсе, что ты потерял надежду, верно?
Уилл не ответил. Раз Скай задала такой вопрос, значит уже всё правильно поняла. Он ни с кем раньше это не обсуждал и было странно сейчас делиться всем, что наболело с едва знакомой девчонкой, но слова выходили сами по себе.
― Мне невероятно горько за них. Они не заслужили всего этого, особенно Генри. Когда срок ослабления проклятья истечёт, я вернусь на Голландец и больше не посмею к ним приблизиться. Мне казалось, что я всё сделал правильно, когда вернулся спустя десять лет, но я ошибался. Это жестоко. Я лишь мучаю их пустыми надеждами, лишаю шанса на нормальную жизнь.
В груди Скай мучительно заныло. Она будто переняла ту боль, которую должно было нести в себе сердце Уилла. Её глаза наполнились слезами и она отвернулась, чтобы он не заметил, что она готова завыть от тоски.
― Я не могу тебе ничего обещать, но, кажется, выход есть, ― сказала она едва сдерживая эмоции.
― Медальон, что и правда у тебя? ― спросил Уилл безразличным тоном.
― Да. И я смогу провести ритуал сама. Но мне нужно время. Я ещё очень слаба, и разрушение барьера отняло у меня последние силы.
Пират безнадёжно усмехнулся.
― И зачем тебе это? Ты разве не видишь, как Элизабет тебя недолюбливает.
― Ты наверное хотел сказать «на дух не переносит», ― улыбнулась она. ― Ничего страшного, переживу. Тем более, что это взаимно… Считай, что я делаю это ради вашего ребёнка.
Уилл посмотрел на Скай долгим взглядом. Его лицо было непроницаемо, но Ласточке не нужны были слова благодарности, она и так всё почувствовала. Он бы обязательно поблагодарил, если бы хоть немного верил.
― Что у вас с Воробьём? ― перевёл тему Тёрнер.
Скай замерла. Вопрос застал её врасплох.
― Ничего…
Она опустила глаза и сжала дерево фальшборта так, что перевязанные ладони начали гореть.
― Он опасен. Не стоит с ним связываться. Потом сильно пожалеешь.
― Ты не высокого о нём мнения…
― Моё дело предупредить, ― ответил Уилл и в его глазах промелькнуло, что-то на подобии сочувствия.
― Спасибо, я приму к сведению, ― прошептала Скай, уже заранее зная, что не сможет воспользоваться его ценным советом.
Пуля-дура
― Это кого ты свиньёй назвал?! ― взревел Дживс, выхватывая из-за пояса пистолет и направляя дуло прямо на своего обидчика.
Рука пьяного моряка дрогнула, он покачнулся и выстрелил. Раджетти пронёсся по палубе, чуть не сбив на ходу Ласточку. В него не попало, а это для пирата было самое главное.
Нарушителя быстро обезоружили, ведь он едва стоял на ногах. Буян сопротивлялся и размахивал руками, проклиная всех и вся. Словарный запас матросов после заварушки пополнился набором авторских ругательств, за что новобранец был щедро вознаграждён порцией свирепых затрещин и смачных пинков.
Дживс был нанят сразу после снятия чар с Жемчужины. Джек с Гиббсом и ещё парой матросов сошли на Тортугу, чтобы пополнить запасы; там-то им и посчастливилось встретить бедового пирата. Гиббс уже всю плешь проел своему другу, что на борту не хватает толкового плотника. На радостях капитан разрешил нанять кого-нибудь, хотя кормить ещё одного работника в его планы не входило.