Дживс оказался рукастым малым: дело у него спорилось, в материалах разбирался не хуже любого корабельного мастера, вдобавок ещё и торговаться умел. Одним словом ― идеальный вариант. Если бы не одно «но»: когда плотник выпивал, то превращался в неуправляемого, крушащего всё вокруг буяна. Его не могла остановить ни строгая дисциплина на корабле, ни субординация.
Будь Джек жесток и беспощаден, то пустил бы ему пулю в лоб и дело с концом, но оружие для Воробья всегда было крайней мерой, поэтому кэп быстро пресёк беспредел распоряжением запереть нарушителя в карцере.
― Ну что, мистер Гиббс, подлатали трюм? ― обратился он с укором к старпому.
Джошами виновато чесанул затылок и перевёл извиняющийся взгляд на друга.
― А я говорил, что не может быть настолько удачного расклада…
Корабельный мастер, который сидит без работы на Тортуге — здесь явно что-то не так, ― продолжал Воробей поучающим тоном. ― Высадим его при первой же возможности, ― заключил он, принимая деловой вид, и направился к штурвалу.
По пути он встретил перепуганную Скай. Воробей уже не раз ловил себя на мысли, что в какой бы части судна он ни находился, постоянно выискивал её взглядом. Эта особа всё больше и больше занимала сознание пирата, и он уже не мог контролировать свои мысли, которые всё время возвращались к ней.
― Что за ужас в глазах? Ласточку всполошил выстрел? ― игриво поинтересовался Джек, любуясь её бледным обеспокоенным личиком. Скай одарила его странным рассеянным взглядом и еле слышно спросила:
― Насколько опасно ранение в плечо?
― Со мной бывало такое. Неприятная штука… ― поморщился пират. ― А что?
Она молча отодвинула край сюртука, который был накинут ей на плечи, и Джек увидел, как на белой рубахе медленно проступает алое пятно.
― Да ты шутишь… ― мрачно протянул он.
Пират подошёл к девушке и торопливо снял повязку с одной из её ладоней.
― Если не остановить кровь, то очень опасно. Где удачу потеряла? ― с досадой спросил он, прижимая ткань к ране.
Скай зашипела от боли и неловко ухмыльнулась: ― Кажется, я её всю истратила.
Всё произошло слишком быстро, она даже и понять ничего толком не успела. На пути к полубаку на неё налетел Раджетти, потом прозвучал выстрел и её отшвырнуло к грот-мачте. Плечо пронзила боль, а ощущение, что что-то тёплое стекает по руке, заставило её посмотреть под сюртук. Она увидела кровь и машинально закрыла рану воротом, будто убеждая себя, что ей показалось. И тут как раз подоспел Джек.
― Чёрт возьми, точно истратила… Придётся вытаскивать, ― пробормотал пират, отогнув ворот рубахи со спины и убедившись, что пуля не прошла навылет.
― Кого вытаскивать? ― пролепетала Скай.
― Пулю. Осталась в плече… ― ответил он, встречая растерянный взгляд девушки. ― Элизабет, найди Уилла и Гиббса, будем нашу Ласточку спасать, ― он ободряюще подмигнул Эддингтон и, поддерживая её со стороны здорового плеча, повёл в кают-компанию.
― Зачем столько людей, чтобы одну пулю вытащить?
Она не на шутку заволновалась, глядя, как Элизабет сорвалась с места и бросилась исполнять приказ.
― Держать тебя будут. Процедура не из приятных, ― безжалостно сообщил Воробей.
***
― Скай, как же так, девочка? ― причитал мистер Гиббс.
Уилл и Элизабет не сводили глаз с Ласточки, которая сидела на краю стола с бутылкой рома в руках, и время от времени озабоченно переглядывались. Она потеряла довольно много крови: наспех сделанная повязка уже промокла насквозь, но пока девушка оставалась в сознании и никак не могла решиться выпить ром по настоятельному совету всех присутствующих.
― Ты точно знаешь, что делаешь? ― с подозрением спросила она, не отрывая взгляда от Джека, который сосредоточенно перебирал инструменты.
В пиратской «аптечке» оказались: щипцы, похожие на зажим, узкий нож, пинцет и другие страшные хирургические принадлежности.
― Господи, ты что, этим кого-то пытал?
Скай не выдержала жуткого вида инструментов и, зажмурившись, сделала сразу несколько глотков из бутылки. Содержимое нещадно обожгло горло и, закашлявшись, Ласточка вынуждена была прижать грязный рукав рубахи ко рту, чтобы не выплюнуть остатки, которые ещё не успела проглотить.
― Не переживай, милая. Уж я не дам такой красоте сгинуть от шальной пули, ― подмигнул Джек, звякнув двумя железными штырями, заострёнными на концах.
Эддингтон с распахнутыми от ужаса глазами снова приложилась к горлышку и повторила непривычную процедуру. С каждым заходом алкоголь обжигал всё меньше и расслаблял всё больше; ей даже показалось, что плечо совсем перестало болеть. Ещё пара подходов и нужный эффект был успешно достигнут.