- По словам матриарха Низери в системе Эм-Семь наш флот успешно теснит противника.
Навалилась странная тишина, на несколько секунд в комнате перестали даже стонать. Потом кто-то из раненых девок залилась смехом. Следом как стихия с разных коек раздались смешки, гогот и веселое рычание. Теперь вся комната, сотня коек, хохотали в едином порыве, заполнив смехом все вокруг. Кто-то даже начал умолять:
- Девки, не смешите! Ой… Ой! Больно! Ребра! Ой… Ха-ха-ха! Ой, больно!
Дружный смех стоял с минуту, а потом стих. Никто слова не сказал, ветераны только хмыкнули зло. Плевать-то до панели далеко и высоко, не долетит.
Кто мог встали, подняли и одну мелкую ростом молодуху с перебитой рукой. Бегать и прыгать она могла. Одна из десантниц встала у входа, еще две подставили одна ногу, вторая спину. Молодуха ловко заскочила на них, дотянулась до панели здоровой рукой и выключила звук совсем. Хотя бы все это не слышать, совсем панель не отключишь, придет оперативная служба и начнутся разборки. Пропаганда такая пропаганда.
Однако десантницы не вернулись в койки. Они увидели Лориэль и не признали в ней свою. Старшая кивнула на койку, а сама осталась у дверей поглядывать не идет ли кто. Одна из десантниц подошла поближе, оценила раны и присела на край кровати.
- Да, сестренка, вижу, не повезло. Случается, - десантница вздохнула и потянулась к рюкзаку с вещами. – Ты не переживай, флот у нас щедрый до раненых. Ты пока выпишешься тебе уже и вещи восстановят и прочее добро. Недолго, флот не подведет. Тебе-то сейчас никакие вещи не нужны, верно? А мне своим ходом домой после больнички добираться, а как не успею формой разжиться? Неудобно.
Десантница положила рюкзак к себе на ноги и вздохнула.
- Еще и праматери говорили, что делиться надо. Иначе нельзя!
Лориэль заметила, как одна из десантниц у дальней стены заулыбалась. Смешнее не бывает, грабят, а сделать ничего нельзя.
Десантница тем временем полезла в рюкзак, первым делом нашла синхронизатор.
- Ого, какая штука! – сказала она.
- Это не трогать, - велела старшая.
- Конечно, конечно, - кивнула грабительница и отложила синхронизатор в сторону. Она повернулась к Лориэль и сказала: - Дочки маленькие еще поди? Понимаю. Память из дома никто не тронет, это ручаюсь.
Лориэль стало смешно, но она даже улыбнуться не смогла. А воровка тем временем достала из мешка пару упаковок шоколада и цокнула языком. Добыча так добыча. Две банки сока тоже отложили в сторону. Тоже неплохо.
- Оба-на… - сказала воровка добравшись до мундира. – Старшая, ты глянь… Девочка-то не простая, тут «отвага» висит. Ох, и серебряная звезда!
- Чего? – раздалось от двери.
Остальные тоже потянули шеи. Возле кровати собрались всей бандой и смотрели на награды.
- Это кандарская форма! – спохватилась молодуха.
- Проклятье! – рыкнула воровка и показала всем нашивки.
- А почему она здесь? – спросила молодая.
- Дура! Звезда с крыльями! Пилот! Отряд какой?! – прорычала старшая.
Не сразу добрались до шеврона отряда.
- Триста второй отряд… - пробормотала грабительница и оживилась: – Девки! У нас тут «ласточка»!
- Где? – раздались частые вопросы с остальных кроватей. Кто-то даже привстал на локтях поглядеть.
- Мелочь, за старшей сбегай! Мигом! – приказала главная воровка. – И дежурную тащите сюда. Какая идиотка кандара к милитангам положила?!
Старшая видимо лежала где-то совсем рядом, потому что пришла быстро и сразу отчитала своих. Хорошо знала каким образом те нашли кандарские нашивки. Лориэль стало немного дурно, но через боль и звон в ушах она узнала голос Ветерка, которая иногда становится бурей.
- Иволга?! – раздался голос старшей.
Лориэль открыла глаза. Коготь десанта стояла с привязанной к груди левой рукой. Судя по повязкам, там вся грудь перемотана. Наконец, до палаты добралась и дежурная. На нее сразу насели, а она тыкала в планшет, где система не могла определить принадлежность Лориэль к боевому отряду. Десантура не сдавалась, показали мундир, награды, в карманах нашли кандарскую карту и быстро разобрались. Дежурная пообещала сейчас же доложить старшей.
- Эй! Бригаду вызывайте!
Голос раздался прямо над головой. У Лориэль прояснился взгляд, она увидела перед собой лицо той самой десантницы-молодухи.
- Вызывайте! Срочно! У нее глаза мутнеют! – крикнула молодуха.
Лориэль вздохнула и поплыла куда-то в мутную серую даль. Не было тьмы, не было шума и жуткого холода, которым пугали старухи. Это не Вечная Тишина, нет горящих костров, за которыми сидят праматери, не вышла вперед Великая хозяйка, чтобы указать заслуженное у костра места. Это и не Бездна, где за предательство и подлость навечно остаешься одна бродить по острым колючкам. Все было совсем иначе.