Они встретились в недлинном каменном коридоре с несколькими выходами. На стенах висели красные полотна с изображением золотой ласточки. Между полотнами стояли зажженные канделябры, а над потолком висела люстра, что освещала помещение. Прямо по коридору располагалась дверь в следующий коридор, который вел прямо к Трапезному Залу.
Кардинал появилась с правого хода и мгновенно замерла.
Сиона де Монтес была облачена в длинное кроваво-красное платье с длинными рукавами и золотым поясом. Даже на таком официальном наряде Кардинала она позволяла себе открытое декольте. На голове у нее нелепо держалась красная митра с золотыми узорами. Длинные ногти окрашены в черный цвет. Высокая и стройная, у нее длинные светлые прямые волосы, которые спадали за спину. Длинный нос, растянутые губы и узковатый разрез золотистых глаз.
Альциона уже в который раз смотрела на нее и не видела в этом образе ровным счетом никакой святости, а сплошное святотатство.
Она ненавидела эту женщину всеми фибрами души.
– Альциона! – Кардинал быстро направилась к ней. – Как вы посмели одеться на ужин со мной в такой вид! Где ваше зеленое платье?
Альциона старалась сохранять весь холод, что она накопила в себе, готовясь к этой встрече.
– Я не отклонилась от всех канонов моды, которые вы установили во Дворца, Кардинал,– ответила она,– платье длинное и без декольте. Оно такое, каким ему положено быть.
– Но оно черное!
И Альциона победоносно отрезала:
– У меня траур.
Кардинал присмотрелась к ее лицу и спросила:
– О чем это ты?
– Я потеряла мужа.
– Приам дожидается нас в Трапезном Зале!
– Это не мой муж. Это не тот, человек, за которого я вышла замуж.
Кардинал понизила голос:
– Что вы себе позволяете? Немедленно переоденьтесь!
– Я – Императрица, и пока во Дворце я сама себе госпожа. Имею право.
– Не имеете, Альциона! В этом Дворце только мой голос решает все. Наверное, вы это забыли? Позвольте напомнить, что Император обязал меня вести дела Дворца.
– Дела Дворца, но не мои. Позвольте мне пока решать, во что я буду одета на ужин.
Альциона с удовольствие наблюдала, как Сиона де Монтес покусывает щеки.
И тогда она решила снять все маски и открыто высказаться этой собаке.
– А теперь выслушайте меня, Сиона. Мы обе знаем, что вы сделали с Приамом. Твой яд сделал из него раба. Скоро ты сдохнешь, и я верну себе мужа. Готовь свои последние молитвы, Кардинал. Ты этого не знаешь, но против тебя готовится большая сила, которой мне удалось обзавестись. Патриарх собирается возвысить Церковь над Дворцом, а ты просто собака на его поводке. Знай, Сиона, что тебе меня не остановить. Я уничтожу тебя и спасу мужа.
Кардинал из последних сил сохраняла самообладание.
– Угрожаешь мне? Тогда подумай о том, что я уже организовала поиски твоей дочери. Мои гвардейцы ищут ее. Так что подумай прежде, чем плевать в колодец, из которого придется напиться.
Альциона ужаснулась. Что этой мерзкой твари понадобилось от ее дочери? Она сдерживала себя.
– Я не отдавала таких приказов. Это не входит в твои полномочия. Что тебе надо от моей дочери? Убери от нее руки! Я сама найду и спасу ее. Не лезь в это дело, иначе пожалеешь.
Сиона расплылась в хищной улыбке.
– Это ты пожалеешь, Альциона.
Они обе уже перешли на шепот.
– Когда Император передаст трон Патриарху, и власть над Хайронделлом получить Церковь, твой муж уже не будет играть никакой роли в этой пьесе. Он станет ненужным. А ненужные рабы мне не нужны. Так что советую принять его таким, какой он есть и насладиться последними деньками рядом с ним, потому что скоро ты его больше никогда не увидишь.
Альциона сдерживала поток слез, который был готов вырваться у нее из глаз.
– Ты угрожаешь мне? – обратилась к ней Альциона.
– Как и ты… не так ли? Думаешь, напугать меня. Это не так просто. А мое слово тверже, и мы обе это знаем. Так что не смей вставать у меня на пути, иначе… Приам неожиданно станет ненужным.
– Ты сгоришь в Аду.
– И не забуду пожать тебе там руку…
– Я лично отправлю тебя туда. Так что готовь крем от загара. Его тебе понадобится очень много.
Сиона уже собиралась принять поражение в этом словесном поединке, пока ей не пришла на ум другая идея.
– Это мне говорит женщина, которая потеряла мужа и не уберегла родную дочь в условиях полностью защищенного Дворца? Альциона, советую тебе поразмыслить на досуге о том, какую роль ты во всем этом играешь. Предупреждаю, скоро твоим песням придет конец.
Альциона видела эту женщину насквозь. Она всегда знала, что она опасна, но не думала о том, что Кардинал готова пойти на все, чтобы уничтожить ее и все, что она любит.