Кейро посмотрел на Лео.
– И все знают, что ждет предателей, – добавил он.
Лео знал.
Айзека нужно убить.
– Закон есть закон, – утвердил Лео.
Двое направились к Айзеку. Тот уткнулся спиной в шкафчик, дико рыдая и вопя:
– Вы же не сделаете этого? Я – ваш брат!
– Не брат ты нам больше, – отрезал Лео.
Они уже были готовы схватить его, как перед ними появилась Тиара, прикрыв собой младшего сына.
– Нет! – властно заявила она. – Я не позволю вам сделать этого! Не в моем доме и не при мне! Пока я жива, мои дети не будут убивать друг друга. Я этого не допущу. Вы только послушайте себя! Отец был бы вами не доволен.
– Отец терпеть не мог предателей, и ты это знаешь, – ответил матери Кейро.
Тиара не могла найти ответ на это заявление. Она знала, что ее сын прав. Еще до свадьбы она знала, что Конард никогда не простит одну вещь – предательство. И это распространялось на все сферы жизни и во всех отношениях.
Будь то бизнес или семья, предательство каралось везде одинокого.
Она понимала, что должна найти решение, которое устроит две стороны. И кажется, у нее получилось.
– Уходи, Айзек, – спокойно попросила она.
– Что? – не понял тот.
– Что слышал! Уходи из дома. И больше не возвращайся.
– Его нельзя так просто отпустить! – запротестовал Кейро. – Тогда он опять вернется к Отто и будет платить ему наши деньги за эликсиры.
– Кейро, заткнись!
Это сказала Тиара, и такого никто не ожидал. Все замерли.
– Мама… – Кейро не верил своим ушам.
– Айзек покинет дом и больше не вернется сюда. Он больше не часть нашей Семьи, но убивать я его не дам. Это вас устроит?
Он смотрела на Лео и Кейро. Двое переглянулись и…оказались вынуждены согласиться на такие условия.
– Пусть так, – принял условия матери Лео, – я согласен, если его ноги не будет в этом доме уже к полудню.
Тиара, понимая, что выполнила свою обязанность – защитить сына, – отошла в сторону.
– И зачем тебе это, Айзек? – поинтересовался Виргилий.
– А что такого? – ответил тот гневно.
Айзек встал на ноги оторвал кусок бумажного полотенца и вытер кровь с лица.
– Надоело быть бездарным! Вокруг меня сплошные одаренные! Ты, Виргилий, Боссы других Семей, которые зачастили к нам ходить… Лео! И почему отец решил, что ты – одаренный? Никто ведь не знает наверняка… у тебя нет доказательств. Дар нашей Семьи всегда оставался загадкой.
– Ты прав, – согласился Лео, – для тебя это навсегда останется загадкой. Но знай, что я раскрыл тайну.
Айзек состроил такую физиономию, будто был готов взорваться. Он стиснул зубы и прорычал:
– Да пошли вы все к черту!
Плюнув на пол, он поспешно покинул кухню.
Тиара сдерживала себя из последних сил. Анна поспешила ей на помощь и обняла женщину, которая только что выгнала родного сына из дома, чтобы защитить от других сыновей.
– Не стыдно? – обратилась Анна яростно к двоим. – Вам обоим! Ваша мать прогнала родного сына!
– Анна, это… – пытался исправить ситуацию Лео.
– Просто… уйдите!
Виргилий налил стакан воды для Тиары Атталь, а Лео и Кейро были вынуждены покинуть кухню, оставшись со своей совестью наедине.
Лео был рад, что Айзек перестанет быть проблемой его семьи, но все же он остался безутешен.
Глава 19. Вендетта
День выдался напряженным, а потому было принято решение остановить работу над планом войны с Макиавелли и дать возможность всем остыть. То, что случилось с Айзеком, оставило свой след на настроении других.
Виргилий даже предпринял попытку всех собрать, чтобы забыть об утреннем инциденте и продолжить работу, но ничего не вышло. Анна Сорель покинула имение Атталь и отправилась домой. Как Айзеку было указано, его не было уже после полудня.
Лео и Кейро надеялись, что больше никогда его не увидят. Что до Тиары, то она не общалась с сыновьями до самого вечера. В один момент она не выдержала и пожелала спокойной ночи после ужина.
Лео не мог уснуть этой ночью. Он ворочался в постели, обливаясь потом и задыхаясь. Несколько раз он открывал окно, спускался на кухню и даже выходил на улицу. Лео понимал, что ему просто нужно лечь и постараться уснуть, но, стоило ему сделать это, его вновь начинали одолевать мысли об Анне.
Его беспокоило то, что она о нем теперь думает, когда он намеревался так жестоко расправиться со своим братом. Обижена ли она него? Что она чувствует? Что будет дальше между ними? Позволила ли она сама сделать так, чтобы Айзек встал между ними, чтобы отдалить от себя его, Лео, или это просто неприятный случай?
На самом деле Лео и Анна не разговаривали друг с другом после этой ситуации и до ее ухода. Лео считал, что это ссора, несмотря на то, что так он не ощущал. А как все это ощущает Анна?