Лео прекрасно знал, что это, но не хотел думать об этом.
– Нашли? – обратился Кейро к ним.
– Да, мистер Атталь, – ответил один из них.
У Лео возник логичный вопрос: «Если они вытаскивают тело только сейчас, то как была обнаружена смерть Айзека?».
И ответ его нашел сам.
Поворот головы в сторону, и Лео увидел то, что невозможно не заметить. В песок всажен двухметровый деревянный кол, на вершине которого насажена голова Айзека…
– О, черт!..
Лео чувствовал жуткий неприятный запах. Он подошел к колу и изучил голову младшего брата.
– Кейро, мы виноваты… – сказал он.
– Не вини ни нас, ни себя строго, Лео, – ответил спокойно Кейро, – это… естественный отбор.
Лео взглянул на Кейро со смесью гнева и негодования.
– Прости, – прокашлялся Кейро.
– Если бы его не выгнали, он бы!.. – Лео чувствовал, как его сердце бешено колотилось.
– Нет, Лео, нет! Все не так просто! Мы не виноваты.
Лео с трудом вернулся к изучению головы Айзека. Окровавленное лицо бледное лицо, покрывшееся трупными пятнами. Закатанные глаза к верху. Ниже шеи торчали алые лохмотья. Рот слегла приоткрыт. Виднелся черный язык.
– Обезглавили…– сказал про себя Лео.
– Ты что-то сказал? – Кейро достал сигарету и спички.
– Это месть, Кейро.
Кейро уже хотел уточнить, что Лео имеет в виду, но голос одного из двоих, что вытаскивали тело из воды, прервал его:
– Мы достали его. Вы должны это видеть, господин Атталь!
Обезглавленное тело Айзека выволокли из воды на песок. Все изуродованное гематомами, порезами и травмами, плоть была обкусана подводными жителями Молочной Реки.
Лео было даже страшно представить последние минуты жизни своего брата и то, что с ним сотворили перед тем, как обезглавить. А тело подвергли жутким издевательствам.
Когда Виргилий, Кейро и Лео окружили тело, один из двоих расстегнул на трупе изорванный пиджак и рубашку, после чего перед ними предстало ужасающее зрелище.
– Проклятье! – Кейро отвернулся, чтобы сдержать рвотный порыв.
На передней части тела была вырезана кровавая надпись: «месть».
– Это нам за Дильтей, – догадался Виргилий, – ее ведь тоже обезглавили.
Именно это Лео и хотел донести до Кейро.
– Вендетта… – произнес Кейро, – они нам отомстили. Теперь Отто и Мор вдвоем против нас. Они лишились своей союзницы и показали, что просто так это не оставят. Они тоже намерены вести войну. Лео, нам следует поторопиться и принять меры прежде, чем меры примут они. До сих пор нам удавалось лидировать потому, что мы всегда выступали первыми. Нельзя бездействовать слишком долго, иначе…
– Я все знаю, – кивнул Лео, – выигрывает тот, кто первый нападает. Ты прав. Но, Кейро…
Лео интересовало другое.
– Да?
Лео подошел к брату, который курил и камней набережной.
– Разве тебя не волнует его смерть? У нас погиб брат. Айзека жестоко убили.
– Я это понимаю, Лео, – спокойно отреагировал Кейро, – но что ты от меня ждешь? Сочувствие трупу?
– Хотя бы… не знаю… какую-то скорбь… у тебя брат погиб…
– Прости, Лео, но слезу тебе из меня не выбить. Мне его не жалко. Ты можешь не согласиться со мной, но я считаю, что наш брат был подонком, который получил по заслугам, пускай даже в качестве ответной мести за наше дело. Я не чувствую своей вины в этом. И тебе не советую париться. Айзек был свиньей и жалким слизнем, который все равно когда-нибудь скатился бы до Трущоб, где и нашел бы свою кончину от холода и голода. Мне даже кажется, что такая смерть – лучший выход для него, чем то, что его могло ждать в будущем. Знаю, ты можешь сказать, что моя ненависть к нему не остыла, и я не могу оценивать происходящее более трезво, но это не так. О покойнике либо хорошо… я с этим не согласен. Если он был подонком при жизни, я не вижу смысла оправдывать его после смерти. Каждый получает свое. Единственное печальное обстоятельство во всем этом вот какое… он – наш брат. Он – сын нашей матери и нашего отца. Он – часть нашей семьи. Вернее, был всем этим. И я не откажусь от своих суждений, Лео. Ты меня услышал и, надеюсь, понял.
– Да, понял. Спасибо, что объяснил.
– Обращайся. Я же не хочу, чтобы мой брат считал меня бесчувственной скотиной. У всякой реакции есть причины.
И тут же появились другие черные автомобили. Из одной из них на набережную вышла Тиара. Одета она была в домашний халат, а лицо залито слезами.
– Почему вы мне ничего не рассказали? – кричала она на двоих сыновей.
– Мы хотели, но сначала надо было… – пытался оправдаться Кейро.
– С дороги!
Тиара быстро спустилась по каменным ступенькам с набережной к воде на пляж и пробежала между Лео и Кейро, расставив руки.