14 марта 1944 года полк в полном составе участвовал в бомбежке станции Багерово, западнее Керчи. Туда, по донесениям разведки, гитлеровцы стянули большое количество техники, боеприпасов, живой силы. Защищали эту станцию усиленно. Ставя экипажам боевую задачу, командир полка Бершанская сказала:
— Погода нынче сложная — низкая облачность, луна. На фоне светлых облаков самолеты, как на экране, видны. Нужно ждать сильного зенитного огня. Будьте особенно осторожны. Каждый экипаж может действовать самостоятельно, исходя из условий.
Идя к машине, мы с Таней обсудили предстоящий полет.
— Бомбить Багерово в лоб не имеет смысла. Все подходы с востока, конечно, сильно защищены, — сказала Таня. — И с большой высоты нынче не подойдешь, облачность не даст.
— Значит, пойдем вдоль северного побережья полуострова, а над морем свернем на запад. Подойдем к цели с другой стороны…
Большую часть маршрута мы летели в облаках. Изредка ныряли вниз, чтобы штурман могла уточнить курс. На подходе к станции действовали прожектора. Их мощные лучи насквозь пробивали тонкий слой облаков. Мы увидели фантастическую картину: под нами — удивительная игра света и тени, над нами — огромная серебристая луна. Ее бледное сияние заливало волшебным светом медленно проплывающие внизу облака, всклокоченные озорным весенним ветром.
Далеко-далеко, в бархатно-черной бездонной глубине призывно мерцали звезды. Крупные, необыкновенно яркие, они приковывали внимание и невольно настраивали на философский лад. Под ровный шум мотора мне подумалось, что через много-много лет истории человечества с ее бесконечными войнами покажется людям далекого будущего смешной и нелепой. Как счастливы будут тогда люди. Молчала в эти минуты и Таня, мой боевой штурман. Тоже, наверно, мечтала о мирном будущем. Невозможно было не задуматься о нем в этом удивительно красивом небе…
Мы летели на боевое задание, летели навстречу смертельной опасности. Но так велика сила красоты, что на какое-то время мы забыли о мощной зенитной артиллерии, о прожекторах, о скорой встрече с ненавистным врагом.
— Марина! Ты видела когда-нибудь такое небо? Красота-то какая, дух захватывает…
Наши мечты прервал разорвавшийся вблизи снаряд… Самолет тряхнуло.
— Цель близко. Выходим на боевой курс, — сказала по переговорному аппарату Таня.
Даю ручку управления от себя, приглушаю мотор, и мы вываливаемся из облаков прямо над станцией. Ай да Таня, вывела точнехонько на цель! Внизу неясно просматриваются длинные темные линии — это железнодорожные эшелоны.
— Таня! Давай САБ!
Все вокруг заливается неживым призрачным светом…
— Марина! — слышу обрадованный голос штурмана, — на путях полно составов. Теплушки с солдатами, на открытых платформах машины, орудия, танки. Наверно и боеприпасы… Фашистов полно, суетятся, спешат, сволочи, разгрузить эшелоны… Ну держитесь!
Татьяна сбросила бомбы в самую гущу железнодорожных путей. Куда они угодят? Хорошо бы попали туда, где под брезентовыми полотнищами топорщатся ящики со снарядами и патронами! Если так, то и техника взлетит на воздух, и рельсы разметает, и…
Все эти мысли проносятся в голове мгновенно. Мне так хочется увидеть, куда же упадут бомбы. Я склоняюсь над краем борта и тут же зажмуриваю глаза: лучи прожекторов схватили нас. Ощущение такое, словно по глазам ударили лезвием. Одновременно с этим внизу раздается сильный грохот, за первым взрывом еще и еще. Физически ощущаем, как вздрагивает самолет.
Внизу к глухим разрывам снарядов добавляются звуки взрывов боеприпасов.
— Молодец, Татьяна! В самое яблочко угодила… А штурман, ни на мгновение не растерявшись, командует:
— Вправо! Влево! Еще влево!
Прожекторы крепко ухватили наш самолет. Вырваться из их лап удается не сразу. Маневрировать на этот раз трудно — до земли всего пятьсот метров. Разрывы все ближе. Сильно пахнет гарью — на земле пожар.
Сколько раз бывало с нами такое? Сотни! Продолжалось же испытание всего несколько минут. Но какого напряжения требовали эти минуты. Мозг работает молниеносно, зрение напряжено до предела. В лучах прожекторов, в грохоте взрывов, доносящихся с земли, в зенитном обстреле летчица послушно и точно держит курс, выполняя команды штурмана. Каково же в эти секунды штурману она должна успевать следить за землей и за воздухом, стремительно принимать решения, учитывая все вводные, мгновенно выдавать команду летчице, стараясь вывести машину из-под вражеского огня, из ослепительных лучей прожекторов…