– Это оказался двухэтажный особняк в элитном районе. Я нашла дом с цифрой десять и пошла прямо по газону к дверям. Поднялась по лестнице, нажала на звонок. Потом еще раз. Но мне никто не открыл. Я ощущала, что за дверью кто-то стоит. Он наблюдал за мной в глазок. Тогда я стала стучать кулаком в дверь и прокричала, что пришла поговорить насчет матери. Никакой реакции не было. Я пнула дверь со всей силы, тогда на крыльце соседнего дома показался сосед и пригрозил, что если не перестану шуметь, то он вызовет полицию. Не успела я отойти от дома, как мне в затылок ударило что-то мягкое. У моих ног лежала кукла-рванка. Кто-то бросил ею в меня со второго этажа. Я быстро повернулась, но увидела в открытом окне лишь покачивающиеся занавески.
– Это та самая кукла? – снова догадался Паша.
– Да. Ты представляешь, Глеб оказался таким трусом, что побоялся открыть дверь девчонке! – Юля перевела взгляд на серый клочок озера, видневшийся за плотным переплетением еловых лап.
– Знаешь, где я нашла маму, когда вернулась домой? В ванной. Она, взмокшая от пота, сидела у толчка и тряслась. Не поверишь, она хотела отравиться, – глухо проговорила Юля. – Отыскала в шкафу просроченную пачку аспирина и выпила все таблетки. Несколько дней ее продержали в больнице. Но, слава Богу, все обошлось.
Мама снова погрузилась в работу, хваталась за нее, как за спасательный круг. Однажды это уже вытянуло ее из болота. Но внутри она была сломлена. Ее никто не интересовал, даже я. Когда я поступила на математический, она просто сказала: «Молодец, поздравляю». Как будто я десять рублей в лотерею выиграла. Я тогда на эмоциях ей все высказала. Сказала, что она превратилась в тусклую тень самой себя, и виноват в этом тот урод, который сломал ей жизнь. И ты не представляешь, что она ответила…Посмотрела на меня, как на… как на чужую, и сказала, что он – лучшая часть ее жизни. Что я не смею о нем так плохо говорить.
Юля замолкла, вновь переживая неприятный разговор.
– Так мы и стали жить: я, мама и светлый образ ее возлюбленного. Больше мы его не обсуждали. Но я замечала, как она вздрагивает и бежит к звонящему телефону каждый раз, надеясь, что это ОН. И я понимала, мои слова будут бессильны, она даже слушать не станет, а меня это выведет из себя.
О других мужчинах и речи не могло быть. Сейчас я бы, наверное, обрадовалась, если бы у нее кто-то появился. Лишь бы она ожила, лишь бы вернуть прежнюю маму… И вот через семь лет я его нашла. Вернее, он меня.
Глава семнадцатая
– Зачем он снова появился? Захотел вернуться к твоей матери? – спросил Паша. Ему было жаль брошенную женщину, влюбившуюся без памяти, но он совсем не мог ее понять. Как это возможно? Разве можно так зациклиться на другом человеке?
– Если бы, – нервно захихикала Юля. – Он хотел, чтобы я организовала фотосессию для него и его новоиспеченной жены.
Паша нахмурился. Пусть он знал Глеба лишь сутки, но в образ благодушного бородача никак не вписывалось поведение жестокого обольстителя. Хотя кто знает? Первое впечатление бывает обманчивым.
– Почему ты решила, что это именно Глеб был тем таинственным возлюбленным твоей матери? Ты говоришь, она даже имени его не называла. И не знакомила тебя с ним.
– Наутиз, Кеназ, Манназ, Уруз, Вуньо, – произнесла Юля подобно заклинанию. – Когда мама восстанавливалась после попытки отравления, я первое время думала, что, возможно, стоит связаться с этим человеком. Сообщить о том, что случилось. В телефоне у нее он значился как «моя любовь». Ему мама звонила чаще всех, судя по журналу исходящих. Я набрала номер, но мне ответили, что абонент недоступен. Я стала листать фотографии, сделанные в Турции.
Там было много снимков с бесконечно счастливым лицом матери. Мама улыбается у парадного входа в отель, пьет на террасе, выходит из моря, ест какого-то морского гада и снова улыбается. И вот на одном селфи она доверчиво прильнула к мужчине, который положил ей на плечо руку, а сам отвернулся. Не обнял, а именно повесил на нее загорелую ручищу. На запястье были символы. Больше он в кадр не попадал. Посчитав, что это единственная зацепка, я погуглила эти знаки. Оказалось, это руны. На одном из псевдомагических сайтов я откопала, что вместе они означают заговор на привлечение женщин. «Такая глупость. Взрослый мужик, а верит в такую дребедень», – подумала я. Но дальше этого я не ушла в своих поисках. В Интернете, безусловно, можно многое отыскать, но списка всех, кто набил такую татуировку, там не найти.
– Ты узнала его, когда он заказал у тебя фотосессию, – догадался Паша.