– Раз, два, – скомандовал Артур. Братья приподняли мужчину и быстро переложили на цветные квадраты. Голова Глеба безвольно качнулась и с гулким стуком ударилась о камни. От этого звука у Вероники к горлу подступила тошнота. Запинаясь о камни, она побрела к своей кофте. Подняв ее, девушка хотела снова прикрыть лицо покойнику, но на светлую ткань налипли мокрые хвоинки, тина и прочий прибрежный мусор, и Вероника не осмелилась положить грязную кофту на Глеба.
Лора вела себя на удивление сдержанно. Она взяла свесившуюся с края пледа руку мужа и уложила ему на грудь.
– Спи, дорогой, – пропела она и погладила его по мокрой всклокоченной бороде. – Давай сюда, – потянулась она за Вероникиной кофтой.
– Но она… – не успела Вероника возразить, как Лора уже выдернула кофту из ее рук и накрыла ею лицо Глеба.
Пока они шли по берегу молчаливой процессией, Вероника косилась на грузное тело, покачивающееся в пледе.
Ее душили слезы. Внутри боролись противоположные чувства: облегчение, стыдное злорадство и боль. А еще ей было жалко. Очень жалко и себя, и Глеба, и его сыновей, и Лору.
Она вспомнила, как нервничала в день знакомства с отцом Артура. Вероника встречалась с Артуром не больше месяца, когда тот захотел представить ее Глебу Борисовичу. Она отнекивалась и придумывала разные поводы для отказа. Но в один вечер, который Вероника собиралась провести в компании любимого за просмотром незамысловатой комедии, Артур просто скомандовал:
– Собирайся. Сегодня едем ужинать к бате.
– Но я уже приготовила ужин… – Вероника растерялась и не нашла ничего лучше, чем продемонстрировать блюдо с котлетами.
– Не волнуйся, не пропадет. – Артур похлопал себя по плоскому животу. – А сегодня мы едем к бате. Его кухарка готовит классные булочки с корицей. Настоящие Синнабон!
– У твоего отца есть кухарка?
Когда они попали за забор, ограждающий дом от посторонних глаз, Вероника нерешительно замерла от ощущения, будто попала в другое государство, если не сказать – вселенную. Ровно подстриженные лужайки, аккуратные фонарики, обрамляющие гранитную дорожку, ведущую к двухэтажному особняку с башенками, – такое она видела только по телевизору.
У Артура была обычная студия в новостройке с современным дизайном и прекрасным видом с двенадцатого этажа. Красивая, но вполне рядовая квартира. Тем не менее, поначалу Вероника боялась лишний раз ступить на белоснежный ковер или – не дай бог – нечаянно пролить чай на велюровый диван. У ее семьи в квартире на линолеуме лежали протертые паласы, а царапины и сколы на полированных шкафах закрашивали фломастерами в тон.
– Ты чего застыла? – усмехнулся Артур, довольный произведенным эффектом. – Не боись. Мой батя – мировой мужик. Он добрый и щедрый. И, кстати, любит красивых девушек.
– А на каком этаже живет твой отец? – робко поинтересовалась Вероника.
Артур рассмеялся и сказал:
– Этот дом весь его.
Дверь открыл седеющий мужчина лет сорока пяти с аккуратной бородой, одетый в белый свитер. «Ему бы еще морскую фуражку, – подумала Вероника. – И он бы очень походил на капитана корабля или, точнее, яхты из рекламы парфюма». Но хозяин и без головного убора производил впечатление человека с военной выправкой, обладая идеальной осанкой и подтянутой фигурой.
– Глеб Борисович, – протянул он руку, прищурив глаза и улыбаясь краешком губ. – Приятно познакомиться.
– И мне, – брякнула Вероника, мысленно проклиная себя за то, что надела обычную футболку и джинсы. В компании такого мужчины сразу захотелось выглядеть как леди.
– Это моя Ника, – гордо представил ее Артур, притянув к себе. – Ну вот, теперь вы знакомы. Можно проходить! – Он подал руку девушке и перевел через порог. – Пойдемте, мадам.
Внутри было так светло, что Вероника невольно сощурила глаза. Она присела на бархатную банкетку, меняя туфли на стоящие рядом тапочки для гостей, и огляделась. Просторный холл заканчивался ведущей на второй этаж лестницей с подсвеченными ступенями. Пол сверкал мраморной мозаикой, в вазонах, напоминающих античные колонны, росли пышные пальмы и хлорофитумы. На потолке сияла огромная люстра из нескольких рядов хрустальных подвесок. В общем, холл производил двоякое впечатление: с одной стороны, поражал богатством и роскошью, но с другой – мешанина из фресок эпохи Возрождения, классической лепнины и хай-тек подсветки плинтусов вгоняли в ступор. Казалось, хозяину хотелось втиснуть сюда все, что он считал красивым. Получилось нелепо, но, безусловно, впечатляюще, если все это рассматривать по отдельности.
Артур провел Веронику через сквозные комнаты. Почти в каждой стояли живые цветы.