– Просто гуляю, – спокойно ответил Игорь, по его тону невозможно было догадаться, как он воспринимает эту неожиданную встречу. – Это лучше, чем сидеть дома и слушать Лору.
– Странное место ты выбрал для прогулок, – заметила Вероника.
– Ты тоже, – без тени улыбки ответил Игорь и добавил:
– Знаешь, куда ведет эта тропинка?
Вероника отрицательно покачала головой.
– Вон там посмотри, между ветвей. Пригнись немного. Теперь видишь горку, покрытую мхом?
Вероника сделала несколько шагов в сторону неестественно ровного холма, который при ближайшем рассмотрении оказался двускатной деревянной крышей, заросшей черничником и лишайником. Будто кукольный домик, построенный для крошечных человечков, ушел под землю.
– Это древняя могила. – Игорь догнал Веронику и остановился рядом. – Что-то вроде склепа. Несколько веков назад карелы устраивали над могилами срубы по типу обычного дома. Только компактнее.
Вероника подобралась поближе, чтобы рассмотреть резную дощечку, закрепленную на коньке:
– Там похоронен человек? – отшатнулась она.
– Да. Очень давно. А теперь это арт-объект «Surutalo: Домик для мертвеца», – прочитал он на табличке, воткнутой неподалеку.
– Сколько сейчас времени? – вдруг опомнилась Вероника.
Игорь достал из кармана телефон.
– Скоро шесть.
– Артур, наверное, с ног сбился, разыскивая меня по острову, – всплеснула руками Вероника и побежала обратно по тропинке.
На берегу никого не было. Вдалеке виднелись острова, заросшие кустами и деревьями, напоминающие неровные гребни огромных чудовищ, чьи тела скрывала темная вода. Ладога уже не бушевала. Но в ее затаившейся силе Веронике виделся дурной знак. Она чувствовала, как беспокойно колотится ее сердце. Возможно, виной этому была пробежка по склону, но помимо сбитого дыхания Вероника ощущала необъяснимую тревогу. Она огляделась и поняла, что стоит там, где сегодня утром нашли Глеба.
Сама не своя она бросилась прочь.
Мостки тоже пустовали. Вероника покосилась на катер: где-то там внутри лежал Леонид. Сама она его не видела, но, судя по зеленому лицу девушки-фотографа, зрелище было ужасающее.
Ворота в гаражный бокс были закрыты на щеколду. Видимо, возиться с ключами мужчины не сочли нужным. Вероника осторожно приоткрыла тяжелую дверь и заглянула внутрь. В полумраке гаража резко выделялось бледное лицо покойника. Лежа в лодке, Глеб напоминал викинга, которого по древнему скандинавскому поверью должны были сжечь в горящей ладье. Его руки были сложены на груди. Что-то в этой картинке Веронике показалось странным. Она попыталась понять, что не так. Потом пригляделась и вдруг осознала: пальцы Глеба выглядели непривычно грязными и неаккуратными. Как истинный франт, он всегда следил за своими руками и регулярно посещал маникюрный салон. Но сейчас под его ногти забилась черная грязь, какие-то из ногтей и вовсе были обломаны. «Возможно, он возился с камином и запачкал руки», – подумала Вероника. Но раньше она никогда не замечала, чтобы Глеб позволял себе такую неряшливость. Девушка не сдержала злорадной ухмылки: однако покинул он этот мир далеко не с идеальным маникюром.
Она прошла по мосткам вокруг лодки, переступила через валявшееся весло и остановилась у двери, ведущей в каморку с рыбацким инвентарем. Сейчас дверь была закрыта на большой металлический крючок, хотя в прошлый раз, Вероника отлично помнила это, дверь была просто прикрыта.
Она услышала какой-то странный звук: тихий и неясный. Всплеск? Вероника резко обернулась. На секунду ей представилось, что Глеб сейчас вскочит и, презрительно рассмеявшись, скажет, что она снова его разочаровала. Вероника замерла, прислушиваясь. Ничего. Но она почувствовала, как ее охватывает страх, сжимая все внутри, и поняла, что не может больше оставаться здесь ни секунды.
Стараясь не поддаваться панике, Вероника в несколько прыжков добралась до выхода и выскочила наружу. Сожалея, что не сдержалась и сбежала, она направилась к главному гостевому дому, уверяя себя, что наверняка Артур ждет ее там. Ну, конечно, она слишком долго отсутствовала, и он уже вернулся. Теперь муж встретит ее пристрастным расспросом. И что ей ответить? Что она гуляла в лесу? С Игорем? И надо же было напороться на этого одиночку!
Однако в гостиной Вероника никого не обнаружила. Только из кухни доносились хлопающие звуки открывающихся ящиков. Вероника поспешила на шум. Лора так увлеченно рылась в шкафчиках, что не сразу заметила, как зашла Вероника.
– А, это ты, – бросила она раздраженно. – В этом доме вообще есть кофе? Не могу найти.
Вероника вспомнила, что видела банку «Нескафе» на верхней полке.