С Артуром они так и не подружились. Игорь вел затворнический образ жизни, закрывался у себя в комнате, играл в Counter-Strike или LittleBigPlanet. Сводный брат казался ему слишком шумным и недалеким. В доме постоянно тусили школьные друзья Турика. Они хохотали, играли с игрушечными бластерами, носились по второму этажу как оголтелые, с криками либо ржали над глупой комедией, роняя на кресла крошки пиццы и наггетсов. Артур любил с ними проводить время, поэтому не стремился наладить более тесные отношения с новоявленным братцем. Сначала Игоря приглашали в компанию, но потом перестали. Взрослый смурной парень казался им диким и нелюдимым. Потом Турик увлекся спортом и все свободное время проводил в зале. Полки на кухне заполнились пачками с сывороточным протеином, аминокислотами и L-карнитином.
Игорю нравилась звенящая тишина особняка, полумрак пустых комнат, когда в доме никого не было. Если отец пропадал на работе или «на рыбалке», Турик качал трицепсы и дельту, а прислуга была отпущена отдыхать, Игорь сосредоточенно бродил по дому и слушал свои шаги.
Со временем Глеб стал приводить новых девушек домой. Чем старше он становился, тем моложе были его пассии. Игорь к тому моменту превратился в привлекательного длинноногого юношу с серьезными глазами. Иногда он сталкивался с подругами отца в коридоре и ловил на себе их заинтересованные взгляды. Ничего, кроме презрения и брезгливости, их заискивающие улыбки в нем не вызывали. Некоторые из них были чуть старше Игоря.
Поэтому он удивился, когда узнал о новой избраннице отца. Ему казалось, что матери-одиночки остались в прошлом. Но нет, Илона была обычной женщиной средних лет, которая жила вдвоем с дочерью. Не модель и не фигуристая красотка. Тем не менее этот роман продлился довольно долго.
Игорю совсем не понравилась Илона, рыжая и белокожая, она смотрела на отца с глуповато-восторженным выражением на лице. Дарила ему дешевые кособокие безделушки – глиняную расписную посуду, корзинки из бересты и даже самодельных кукол. Кроме того, каждый раз, когда она бывала в их доме, ей непременно нужно было зачем-то завести разговор с Игорем.
– Ты ведь в одиннадцатом классе, Игорь? – спрашивала она, дружелюбно улыбаясь. – Моя дочь тоже школу заканчивает в этом году. Куда поступать думаешь?
– На математический.
– Ух, ты! Туда трудно поступить. А на какую специализацию?
– Прикладная математика, – вздохнув, отвечал Игорь, всем видом показывая, что этот разговор ему неинтересен.
– Ты, наверное, хорошо в компьютерах разбираешься?
– Ну да.
– Вот. Теперь буду знать, к кому обратиться, если ноутбук сломается. А то он у меня в последнее время часто барахлит.
– Купите новый, – бросил Игорь и, не попрощавшись, вышел из комнаты.
Вечером его ждал неприятный разговор с отцом.
– Ты так больше с Илоной не разговаривай.
– Как? – Игорь уткнулся в смартфон.
– Будь с ней повежливее, а то вот это все скоро закончится, – пригрозил Глеб и вырвал из рук сына мобильник.
Игорь вопросительно посмотрел на отца и проговорил:
– Как скажешь. Только не много ли чести очередной самке?
– Не говори так про нее. Илона – совсем другое дело.
Но когда Глеб вернулся из совместной поездки за границу и привел на ночь новую молоденькую блондинку, Игорь лишь усмехнулся. Неужели платоническая любовь не выдержала реальности? Илона, как и ожидалось, растеряла для отца все очарование, как только отдалась ему под черным турецким небом.
Игорь не без злорадства подумал, как хорошо, что отец бросил эту старую дуру.
Однажды, когда он был дома один, в дверь позвонили.
Игорь недовольно поморщился. Отец сегодня должен был вернуться поздно, Турик убежал на тренировку. Кто-то упорно хотел испортить тихий уединенный вечер.
На пороге стояла Илона.
– Мне нужно поговорить с твоим папой, Игорь.
– Он не хочет с вами общаться, – отрезал парень.
– Но как же? – Илона растерянно потупилась. – Этого не может быть… Что произошло? Я не понимаю.
– То, что вы ему больше не интересны.
Внутри все сладко заныло, когда он увидел, как Илона часто заморгала и, потерев глаз, размазала рукой нарисованную стрелку. Теперь она перестала быть особенной и стала одной из множества тех, кто страдал и плакал по потерянной сказке.
– Впусти меня, пожалуйста, – жалобно всхлипнула женщина.
– Я же сказал, что вы больше не нужны ему, – стоял на своем Игорь.