Настя – дочь Николая Сахарова, быстро подружилась с крестьянским мальчишкой. С самого момента, как ходить научилась, водила она его на свой любимый луг, где по весне расцветали ромашки да васильки. Они собирали цветы и дарили своим матерям, летом в особенную жару под присмотром Клаши бегали на речку купаться. Николай поручил учителям Насти учить и Антошку (так его звали все, кроме его родителей, а настоящее имя никто и не знал, потому что родители держали его в тайне). Так мальчонка к семи годам уже более-менее играл на скрипке, хоть и ленился часто, из-за чего младшая Сахарова его заметно опережала в успехах. Он познал начальную грамоту, научился писать и считать простые числа, уже пытался подражать Пушкину, пробуя писать первые стихи. Над ними часто по-доброму посмеивался Иван Фёдорович – учитель грамоты и литературы, но всегда хвалил Антошку, подмечая, как складно он рифмовал к «солнцу» «оконце».
Эти беззаботные годы так сильно сплотили детей, что уже в свои двенадцать они не могли представить друг без друга ни одного дня. Чуть свет Антон просыпался, бежал чистить лошадей, чтобы это днём не отнимало у него времени, кормил их и, сорвав только-только распустившиеся цветы, ещё покрытые влагой утренней росы, мчался в барский дом, чтобы поставить этот букет в крохотную вазочку на тумбочке в комнате Насти. Он бегал к ней каждый божий день и в шутку служанки даже стали называть их женихом и невестой, пророча совместное будущее. Настасьюшка в ответ лишь краснела смущённо, а Антон клятвенно обещал, что женится на ней, как только ему стукнет восемнадцать.
- Настя! Настенька! – мягким бархатным, ещё не до конца ставшим мужским и грубым голосом проговорил Антошка, взлетая вверх по лестнице на второй этаж, минуя Клашу, уносившую графин воды из комнаты барской дочки.
- Ты куда это летишь как ядро пушечное? – проворчала она, поправляя подол платья и измявшийся фартук на нём. – Али не знаешь, что к барышням врываться нельзя без спросу?
- С каких это пор я должен разрешения спрашивать? Настасьюшка всегда меня ждёт!
- Ждёт-то ждёт, да вот только барыня велела предупредить тебя, чтоб больше не врывался и без стуку в комнату не заходил. Анастасья уже большенькая, в невесту превращается, потому негоже к молодой девице в комнату без спросу бежать. Туалет она утренний не закончила. Так что шагай-шагай, Антошка. На кухне вон пироги горячие, только подоспели, сходи, потрапезничай.
Белым льняным полотенчиком она подгоняла мальчишку к выходу, стараясь выдворить его со второго этажа и отправить на кухню, но Антон лишь улыбнулся своей квадратной и хитрой улыбкой, заскочил на позолоченные перила и скалился по ним будто с горки, спрыгнув и побежав так быстро, что только пятки сверкали.
- Ай, сорванец, - хохоча, приговаривала ему вслед женщина.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов