Мари внимательно слушала и делала свои пометки.
— Есть и другие способы пополнения кровавых зарядов и совершения ритуала. Я могу убивать игроков. Буквально. За каждого убитого я получаю часть кровавых зарядов, в зависимости от уровня игрока. Я пробовал проводить ритуал на своём друге, но получил лишь часть зарядов…Да и в целом это проблему не решает. Я продлеваю себе жизнь и силу за счёт убийства другого и отправления его в виртуальный ад, при этом накладывая на ребят сильный дебаф и отрезая шанс воспользоваться их помощью. Ненормальный размен, и идти по такой дорожке я не стану.
Мысли хаотично сливались в единый поток, а виртуальное сердце колотилось сильнее обычного.
— Но есть и другой вариант, — продолжил Вилл. — Третий. Это вариант с убийствами неигровых персонажей. Я не знаю точно, как он будет работать. Вполне возможно, что как с игроками, и для полного восстановления зарядов мне потребуется убить не одного НИПа, а сразу несколько.
Чёрное перо скользило по исписанному наполовину пергаменту, издавая лёгкий скрип, напоминающий шёпот.
— И я…запутался. Я понимаю, что это всего лишь неигровые персонажи, скрипты и куски кода, но при этом я не могу поднять на них руку. Даже на отморозков и убийц, которых по-хорошему нужно перебить всех, чтобы не оставить ни малейшей вероятности, что они попробуют что-то испортить.
Мари сделала последнюю пометку и отложила перо в сторону.
— Я не зря спросила тебя про имя в самом начале, — произнесла она. — Мне кажется, внутри тебя идёт борьба, но немного иного рода, чем ты думаешь. В тебе сражаются две стороны — реальная, Саши, и виртуальная, Вилла. Саша осознаёт, что нужно перебить неигровых персонажей ради блага. Они для него никто, даже нечто чужеродное, но Вилл, который провёл в игре много времени и принимает неигровых персонажей как…родных и живых, не хочет жертвовать никем. Для него такое убийство равносильно убийству обычного игрока, и именно на этой почве и разгорелся внутренний конфликт, который не даёт тебе покоя и который привёл ко мне.
— Хм. Под этим углом я не всё это не смотрел… — медленно произнёс Вилл, прислушиваясь к себе. — Но почему тогда у других ребят такой проблемы нет? Ведь многие провели со мной столько же времени, с самого начала. Намтик! Он обезглавил двух заключённых и отрубил руки одному, и это лишь то, о чём я знаю. Почему в нём нет подобного конфликта?
Губы Мари вновь сошлись в мягкой и ласковой улыбке.
— Я в твою голову-то пробраться не могу, милый Вилл, а ты говоришь про другого человека. Расскажи мне немного про Намтика. Какие у вас отношения?
— Тихий, спокойный парень, мухи не обидит… — медленно проговорил Вилл, стараясь как подбирать слова, чтобы не сказать ничего лишнего, так и ответить максимально честно. — Для меня он, пожалуй, как брат младший, хотя почему-то младший брат всегда защищает старшего. После прихода в этот мир он умер один раз…даже не так, один раз с половинкой, и получил специальный класс, Самурай.
— Хм…Пожалуй, всё это связано друг с другом, — Мари сложила руки на гладкой поверхности стола, и внимание снова привлекло необычное кольцо на безымянном пальце. — Мы не знаем, что видел Намтик в своих смертях. Быть может, это нечто, что укрепило его решимость защищать тебя и своих друзей любой ценой. В его системе координат всё намного проще. Есть вы, а есть нечто, что вам угрожает, и как только он замечает это нечто, он расправляется с ним без колебаний. И класс Самурай, думаю, прилепился к нему не просто так. Скорее всего…Намтик воспринимает тебя не как друга или брата, а на несколько ином, более тонком и высоком уровне. Возможно, он видит в тебе Господина, и высекает клинком или другим оружием всё, что может хоть как-то тебе навредить.
Вилл поморщился и почесал затылок.
— Мда уж…Кровавый целитель. Апостол. Господин. Слишком много всего прилипло. Чувствую себя холодильником, на который нацепили с десяток ярких магнитов.
— Каждый человек по своей природе уникален и индивидуален, и случай Намтика не подходит для тебя, и наоборот. К тому же, если не ошибаюсь, именно на твоих плечах главная ответственность за наше безопасное путешествие на другой сервер, поправь, если где-то ошиблась. Эту ответственность ты не чувствовал ранее. Она давит, прижимает, изменяет. И эта частичка тебя вклинилась во внутреннюю борьбу. Ты как слепой котёнок, который не знает куда идти. Ты шагаешь, слушая себя, но игнорируешь сухую логику и холодный здравый смысл.
Проще не стало.
— Это всё классно…но делать то-что?
Мари подняла левую руку и показала два пальца.