Она лежала на спине, а я любил ее спереди своей твердостью, а сзади хвостом. Я входил длинным языком в ее рот, пожирая громкие стоны своей Латте.
Одну руку держал на горле, наслаждаясь ее жизнью, и тем, как же быстро бился пульс.
Я хотел полностью контролировать любимую. Каждый стон, каждый вздох. Стать единственным существованием в глазах девушки. Полностью заполнить собой.
Схватил своей широкой душой каждую частичку тела Латте. Связал ее собой, не давая сдвинуться даже на миллиметр. Засунул языки в уши, заставляя любимую свести глаза к переносице. Сцеживал в рот яд, тем самым проникая в плоть и кровь.
Обхватил тело девушки крыльями, закрывая нас от всего мира, оставляя только нас вдвоем.
Я вошел в пространство души Латте и окружил маленькую душу любимой, полностью пряча в своем коконе… а затем начал доставлять ей удовольствие. В какой-то момент не выдержал и стал сливаться с ней. Ассимилировать в себя, делая нас действительно одним целым… Тогда смог чувствовать ее тело как свое. Она стала частью меня. Полностью мне подчинялась. Думала только то, что я хотел. Доходила до вершины блаженства только тогда, когда я хотел. Любила только меня одного.
Я был везде. Ее плоть и кровь заполнили мой яд. Ее душа теперь была частью меня.
Я дошел до конца. Она теперь полностью моя. И телом, и душой.
Это был самый яркий оргазм в своей жизни. Когда возбуждение схлынуло и понял, что натворил… то вернул ее душе автономность и полностью вышел из нее.
Она лежала на кровати с расставленными в стороны ногами и дрожала, не в состоянии двигаться. Латте все продолжала содрогаться, в то время как из нее вытекала моя белесая жидкость.
— Латте?
— … - Латте постанывала с высунутым языком и невидящими глазами. Совершенно не в себе.
Что же я наделал?
Проходили года и постепенно моя Латте стала относиться ко мне хорошо. Перестала смотреть на меня с ненавистью и презрением. Мы будто вернулись к тому времени, когда у меня еще не было глаз.
Я заботился о ней, а она отвечала мне тем же в ответ. Любил ее, а леди любила меня в ответ.
Она даже сама захотела сделать мне приятно и прыгала на мне. Я закинул руки за голову и наслаждался видом. Ее руки были связаны за спиной, а пот стекал по телу. Я видел, как она старается ради того, чтобы доставить мне удовольствие своей влажностью. Меня это неимоверно заводило. На ее шее все еще был красный ошейник… пожалуй, пора бы его уже снять.
Ее маленькие ножки задрожали. Моя Латте довольно быстро устала. Такая слабая, хрупкая, беспомощная, красивая… моя. Неимоверно возбуждает.
— Отдохни, любимая. Теперь я сам, — положил мою жену на себя. Схватил за стройные бедра и начал вбиваться в нее как можно быстрее, слушая ее частые сладкие стоны мне на ухо.
Я лежал на полу у ЕЕ ног, харкая кровью с белой пеной. Я больше не мог говорить. Она сидела на кровати засунув ногу на ногу. На ней больше не было ошейника.
— Ты обманывал меня и использовал. Убил моего мужа, захватил мою страну и мир. Насильно заставил меня за себя выйти и приковал к своей постели на года. Чуть не сделал меня своей марионеткой. Насиловал и заставил забеременеть твоим ребенком… Ты правда думал, что я тебе все это простила и полюбила в ответ? Как же ты наивен, иномирянин. Ха-ха-ха! — заливисто рассмеялась.
— Сахар, Сахар. Я ведь говорила тебе, что не потерплю тирана в семье. Со мной можно либо по нормальному, адекватно, либо никак. Я тебе не терпила, — сдула прядку волос с лица.
— Я не могу позволить тебе и всему твоему народу продолжать жить. Эту заразу надо вырвать с корнями… иначе мне всю жизнь будет страшно за мою малышку…
— Нравится мой вирус? Он проникает только в вас, дракаров и убивает только вас. Гениально, не правда ли? Я старалась, — гордо улыбнулась.
— Я же говорила, что у меня достаточно мозгов, чтобы сбежать от тебя, даже с ребенком, — положила руку на свой живот. — К слову, это девочка. — широко улыбнулась, смотря на меня. — Я хорошо ее воспитаю, можешь не волноваться. Ну что ж. Земля тебе бетоном, — счастливо помахала мне маленькой ручкой, пока я красными глазами смотрел на ее живот.
Я умер…
— Для чего тебе уши вообще?! Я же тебе прямо сказала, что если не поторопишься, то всем кранты! А ты?! Ты! Одно разочарование! — услышал будто издали визгливый голос Судьбы.
— Я тебе Силу не дарила, а одалживала. И теперь забираю ее назад. Все. Хватит с тебя. Если сдохнешь еще раз, то уже навсегда.
Я сидел на холодном полу, прислонившись спиной к деревянной двери. Моя голова была поднята вверх, пока смотрел на потолок.