— Наши влюбленные неутомимо шли по лесу до самого утра, — продолжила Сана изображать рассказчицу.
— И кто бы мог подумать, — буркнул Саша.
— Оба были молоды, полны сил, поэтому смогли это сделать. Но им было очень нелегко. Они ничего не видели, не представляли, куда шли, лишь надеясь, что идут по-прежнему прочь от замка в сторону гор. Ближе к утру дождь перешел в снег. Покрывало на плечах Гризель, будучи промокшим насквозь, стало замерзать, как и ее хозяйка. Кайл же, двигаясь, еще держался. Когда небо начало светать, они остановились на одном из холмов и увидели зарево вдалеке.
На этих словах, мгла внизу расступилась, и показались верхушки елей — это правда был какой-то холм, а среди деревьев юноша и девушка, глядевшие в даль.
— Сражение началось, мой отец дошел до замка, — проговорил Кайл.
Кутаясь в одеревеневшее покрывало, с волосами в инее, Гризель прошептала:
— Ах, эти наши глупые отцы и их глупые войны. Хорошо, что мы сбежали. Ты ведь не жалеешь, Кайл?
— Нет.
— Мы далеко отошли?
— Кажется, да. Но мы не должны останавливаться. Они скоро отправят кого-нибудь нас искать. У моего отца хорошие следопыты.
— Ты, наверное, устал? Может быть, мы уже сможем поехать на кобыле вместе?
— Нет, тут нет дороги, ты же не хочешь, чтобы наша единственная лошадь сломала ногу. Я не устал. Смотри, горы уже близко. У нас получилось, Гризель! Мы сбежали от них!
— Да. Уже почти, — слабо улыбнулась девушка. — Мы свободны, Кайл.
Парочка двинулась дальше, исчезнув за деревьями.
Саша мрачно провожал их глазами.
— И что было дальше?
— Ну… — Сана пожала плечами, смущенно улыбнувшись. — Они сбежали.
— Что, неужели добрались до какой-то пещеры и жили долго и счастливо?
— Нет, конечно. Они замерзли и умерли.
— О… Ну ладно хоть их не сожрали волки.
— Но последние минуты они были счастливы. Они шли до полудня, остановились на привал и сидели, обнявшись, глядя на падающий снег, и так и заснули. Навсегда.
— Блин, Сана, умеешь ты рассказывать грустные истории.
— Ну, может быть, чуть-чуть. Это история о прекрасной любви и непреодолимом желании быть вместе, несмотря на суровую эпоху. И желание сбылось. Они умерли вместе.
— Ну зашибись, Сана. А почему эти двое не развели костер?
— Они боялись, что дым их выдаст и они устали, чтобы думать. Да и, скажу тебе по секрету, ничего бы не вышло. Все в снегу, хворост мокрый, ничего, чем можно разжечь огонь у них с собой не было.
— Боже, что за идиоты! И это одна из моих жизней? Сбежала в лес с каким-то доходягой и замерзла с ним в обнимку? Одно меня радует, Сана, что эта дурацкая история осталась в веках неизвестной. И никакой умник не описал ее в каком-нибудь романтическом рассказе, явив миру.
— Ну, кхм… — отчего-то отвела глаза Сана. — Ну-с, нам пора отправляться дальше.
Они оказались в белых облаках, паря, словно в невесомости.
Сана задумчиво постучала пальчиком по щеке, как будто размышляя, чем бы еще развлечься.
— Мы можем посмотреть что-нибудь действительно интересное? — спросил Саша.
— То есть, романтическая шотландская история, это неинтересно? Или малышка Элизабет. По-моему, тоже насыщено.
— Не издевайся. Мы не знаем, чем ты занималась до того, как стала просветленной волшебницей. Может быть, у тебя были жизни и похлеще.
— Насколько я вижу, последние лет пятьсот я не занималась ничем предосудительным. Мои жизни направлены на поиск себя, помощь людям, саморазвитие.
— Всего пятьсот, а до этого? Ты что-то скрытничаешь, сестренка. Уклоняешься.
— Если хочешь знать, примерно пять-шесть тысяч лет я довольно милое создание, старающееся заниматься созидательной деятельностью. Но…
— И что же но?
Сана отвела глаза:
— Я тоже совершала ошибки. Много ошибок. Но страница перевернута, и я не хочу об этом вспоминать.
— Мы уже вдоволь полюбовались на мои жизни. Но про тебя я ничего не знаю. Мне кажется, чтобы лучше понять, кто ты сейчас, надо увидеть твое прошлое.
— Не думаю, что так уж необходимо рассматривать мои прошлые жизни. Многие из них покажутся тебе скучными, а другие же могут через чур смутить.
— В каком смысле?
Сана опять замялась, посмотрев в сторону:
— Я… создание, наделенное большой силой и энергией. Иногда их требовалось куда-то прилагать. Влиять на ход мировой истории, участвовать в глобальных событиях.
— Ты что, вызывала мировые войны?
— Нет, слава богу, здесь есть кому было этим заняться и без меня.
— Короче, Сана, давай перенесемся в какую-нибудь твою жизнь, и я от тебя отстану.