Я, мысленно вздрогнув от близости бездны, попыталась сделать шаг назад. Но Глория решила остаться на месте. Ее высота не пугала. Она ждала.
И я вместе с ней обреченно вгляделась в даль.
Там, почти на горизонте, у самого закатного солнца, показался темный хищный силуэт с распростертыми крыльями.
Дракон?
— Герхард, — подтвердила мою догадку Глория.
Малыш снова дернулся изнутри, ударил так больно, так яростно, что я согнулась.
А дальше…
Дальше случилось то, чего я подспудно ждала все время.
У Глории закружилась голова. Она качнулась вперед и тоже отправилась в полет навстречу вечности.
Сон милостиво погас, пролистывая секунды, как страшные страницы.
Он ласково опустил меня вниз, попутно отключив все органы чувств, кроме слуха и зрения.
Но если бы убрал и его, я бы не сильно расстроилась. Лучше бы мне не слышать и не видеть этого.
— Глория-я-я-я!
Темный силуэт ринулся вниз с высоты.
Я попыталась улыбнуться…
Судорожно вдохнула последний раз и выплыла из небытия.
По щекам текли слезы. Я открыла глаза и спросила вслух:
— Когда это закончится?
Но ответа не дождалась.
После очередного сна, после всего, что я вчера узнала о родителях, настроение было в самых мрачных тонах.
Так что явлению мачехиной модистки я даже обрадовалась. Можно не сдерживаться и вести себя прямо как Джина — капризничать, злословить и грозить всяческими карами.
Едва завидев коляску леры Кристины, я вспомнила о мачехином обещании.
— Ханна! — позвала я свою помощницу. — Срочно беги к лере Барбаре Бризани!
— Что случилось, лера Тиана? — испугалась добросердечная женщина.
— Мне тут пришла в голову отличная мысль! — Я попыталась на ходу сочинить причину. — Ты же знаешь, скоро у моей сестры свадьба. Я приглашена. И мне подумалось, что это отличный повод для рекламы наших сладостей. Отец сказал, что будет весь цвет дворянства. Нужно прямо сейчас заняться заготовками образцов. Иначе не успеем все доделать к моему отъезду. Так что ступай к Барбаре и помоги ей. Да не спеши, можешь сегодня не возвращаться. Я все равно скоро уйду в лабораторию. У меня для мэтра Солдри потрясающая новость. Я нашла записи прежнего хозяина-алхимика! Будем изучать.
— Но… вы уверены, что справитесь здесь сами? Я только завтрак приготовила.
— Конечно, справлюсь! — уверенно ответила я, подталкивая ее к черному выходу. — Иди через двор, так быстрее.
— Но лера Тиана, — попыталась возразить она.
В парадную дверь постучали, и я нервно оглянулась.
— Иди, Ханна!
И захлопнула дверь.
Не дай-то боги, кто-то увидит хотя бы краешек этого проклятого платья! Как потом объясняться? Не-е-е-ет, ни одна душа в поместье не должна ничего знать.
Я проверила надежность засова и пошла открывать парадную дверь, мысленно себя костеря: «Угораздило же меня потребовать этот магический договор! Теперь вот оберегай чужую тайну, будто величайшее сокровище. Следи, чтобы никто ничего не прознал. Как же гадко! И сложно».
Я остановилась у двери, пообещав себе потом непременно извиниться перед Ханной. Собралась с духом и открыла дверь модистке.
— Лера Тиана, — недовольно скривилась та. — Вы что, спите?
Она собирается меня воспитывать? Размечталась! Я демонстративно зевнула и приняла надменный вид:
— Не забывайтесь, лера Кристина. Вы говорите не с прислугой, а с хозяйкой поместья.
Женщина поперхнулась на вдохе и недобро прищурилась. Однако, высказаться не рискнула. Вместо этого, она махнула рукой сопровождающему.
— Наряд готов, куда его нести?
Парень в ливрее графских гербовых цветов схватил в охапку пирамиду из нескольких коробок и занес ее в дом.
— За мной, — скомандовала я, открывая дверь спальни и указывая на пол возле ширмы. — Складывайте сюда.
Лера Кристина проследила за перемещениями слуги, сама поправила короба.
— Жди на улице! — выставила она парня из комнаты.
Я закрыла окно и задернула шторы. Модистка защелкнула на двери задвижку.
Мы обернулись друг к другу и столкнулись неприязненными взглядами.
Лера Кристина сдалась первой. Отмерла, распаковала первую коробку и потянула на себя плечики с платьем. Ого! И тут расширение пространства! Кружево и шелка ничуть не помялись. Пышные юбки немедленно заняли треть комнаты. Я постаралась ничем не выдать восхищения.
Платье было прекрасно. В таком не только Джорджина мон Фера, кто угодно станет настоящей красавицей. А я… Мне на этом маскараде предстоит отнюдь не роль счастливой невесты, выходящей замуж в таком величественном наряде. И от дурных мыслей платье стало казаться чем-то зловещим и живым.