- Итак, подойдите по очереди к столу и вытяните карту. – Сказал преподаватель.
Одна девушка, с синими короткими волосами, вышла к столу и положила ладошку на карточку, задумавшись.
- Не бойся, бери любую одну карту. – Он снова обратился, но уже к девушке. Она взяла одну из карт, на которой была изображена белка. - Итак, сегодня ваше задание вытянуть по очереди карту и сделать деревянную скульптуру по изображению, всем ясно? – Спросил преподаватель, и все сразу кивнули.
Я спокойно ждал своей очереди, осматривая людей. Дошла очередь быстро и до меня, оставалось пятнадцать карт - я вытянул одну из них. Мне досталась карточка с медведем в положении стоя с поднятой лапой. Я сел на место со своей картой. Прошло десять минут, после чего все взяли по деревянному бруску и принялись за работу. В моей сумке лежал набор стамесок, который я выложил на стол. Я начал делать разметки карандашом, а после взял плоскую стамеску и принялся аккуратно вырезать части, подбивая молотком. Нужно было стараться всё сделать бережно, чтобы не отрезать лишнего, немного надавливая на инструмент. Неожиданно он соскочил, однако всё обошлось царапиной. В груди закололо от страха. Фу-х… Всё в порядке, можно продолжить. Естественно, я продолжил - всё было в порядке. Я взял другую стамеску , более заострённую под углом и работал ей. Через пять минут инструмент соскочил ударившись об ладонь. Остриё воткнулось глубже поверхности кожи, из-за крови не видно глубину раны. Кровь сразу же полилась, и я схватился за ладонь. Чёрт, кровь стала литься даже через руку, и я сильнее прижал. Тут же вспомнил, что сегодня по дороге нашёл обрывок ткани и сразу же достал его из кармана, после чего замотал кое-как порез. Кровь пропитала ткань, но хотя бы не капала. Я обратил внимание на вторую руку – она тоже была теперь в крови. Намочил слюной вторую ладонь и кое-как оттёр её об толстовку. Я закончил последним с резьбой, почти все сдавали свои фигурки, а я старательно делал свою. Как только закончил, прикрыл ладони рукавами от свитера и сдал преподавателю. Острая жгучая боль пронизывала всю кисть, от чего я иной раз жмурился. К счастью, это было последнее занятие на сегодня, надо встретиться с Беллой. Я старался спокойно идти, и тут резко в голове промелькнули вопросы: "рука в крови, как ты будешь это скрывать? Всё так же, прикрывая одеждой? Это ведь странно выглядит, не так ли? А что если нужно..." Всё хватит этих мыслей. Думаю, что нужно хотя бы пойти промыть руку. Все ушли раньше меня, лишь я один стоял посреди коридора, как вкопанный и задумался. Нежная, светлая рука на моём плече вытащила меня из задумчивого состояния, от чего резко дёрнулся и обернулся. - Ты чего тут стоишь? – Спросил вдруг Люмьер. - Задумался. – Ответил я, думая дальше, что делать с порезом. Я так не хочу, чтобы кто-то обо мне подумал лишнего. - Если нужно помощь скажи мне, пожалуйста. – Он посмотрел на меня и улыбнулся. - А? Да, спасибо, я пойду. – После этих слов я сразу же направился стремительно в сторону туалета. Люмьер тут же схватил меня за основание кисти. Чёрт, ну почему сейчас… - Эй! Я же вижу что-то не так. – Сказал Люм. Он несколько секунд молчал, пристально смотря на меня, и тут же выдал: - Рука. - Что? – Спросил я удивлённо. Мне так хотелось выдернуть руку, но боюсь, было бы невежливо. - Твоя рука. – Повторился он. Видимо понял. Как же не хотелось этого, поэтому просто молчал, ждал, что он скажет дальше. На удивление Люмьер ничего не сказал, а наоборот потянул меня за собой в туалет. Мы зашли туда, рядом стояла классическая раковина йогуртового цвета. - О господи! Что с твоей рукой? – Он засучил мне рукав свитера, смотря на криво замотанную ладонь куском ткани. Весь этот кусочек ткани пропитан кровью и пах железом. - Стамеска. – Вместе с моим ответом я показал жестом, как соскочил инструмент по ладони. Я не хотел отвечать, мне было стыдно. Люмьер осторожно развязывал кровавую ткань, чтобы не причинить вреда и не открывать рану. Он выкинул этот лоскут в рядом стоящий мусорный бак, вся ладонь была в засохшей крови. Я немного скорчился от боли. Кровь начала сочиться немного из раны. - Я осторожно, не бойся. – Сказал Люмьер, осторожно промывая мне руку. Было неприятно, но выбора уже нет.