- На розмарин чем-то похоже, - осенило меня.
- Неудивительно, они ведь родственники, - улыбнулось хозяйка.
Я недобрым словом помянула Селесту. Похоже, я на каждом шагу буду позориться, ведь каждый мой вопрос говорит о том, что в цветоводстве я – полный профан!
- Не переживай, деточка, - сказала вдруг пани Ханна, словно подслушав мои крамольные мысли, - всему тебя научу, все освоишь, все поймешь. Главное – это старание, а я вижу, тебе его не занимать!
Интересно, как она это видит? И, похоже, верит в меня больше, чем я сама. Уходя, я оглянулась. Неужели летом я увижу здесь фиолетовое море? Теперь понятно, почему ферма называется «Лилла» - хвала сиренево-фиолетовой гамме.
- А когда лаванда зацветет?
- В южных краях она начинает цвести в конце июня и почти до середины августа. У нас меньше. Лавандовый месяц – июль. Если повезет, и тепло продержится долго, то новые кусты зацветут второй раз – в сентябре, но это случается редко.
- И с чего начинать? – спросила я в спину пани Ханне.
Она козырьком приставила руку к глазам, глядя на укатывающийся к западу шарик солнца.
- Погоду обещают ясную, так что завтра приступим к обрезке.
Когда мы шли обратно к дому, она продолжила объяснять про цветы. Оказывается, она выращивала не все подряд – лишь те цветы, что хорошо сочетались с лавандой в букетах. Астранция, клематис, лимониум, эустома. Господи, я даже не представляла, как выглядит все вышеперечисленное! И как я саженцы от сорняков отличу, когда начну грядки полоть?
- Если честно, - говорила хозяйка, - мне монобукеты больше нравятся, ну или, на крайний случай, в сочетании с колосками, но все любят разнообразие…
- А розы? С розами лаванда тоже сочетается? – я как раз налетела на колючий куст и обрадовалась, что хоть одно растение смогла распознать.
- Смотрится красиво, но сочетание ароматов выходит слишком насыщенное. От такого букета через пару часов может голова разболеться.
Я вздохнула. То есть, мне еще и искусство флористики придется осваивать? С одной стороны, мне было интересно узнать о совершенно новом деле, да еще связанном с такой красотой. С другой, я все больше чувствовала себя самозванкой. Чтобы помыть полы или тарелки – особого уменья не надо, да и работу официантки я освоила достаточно быстро, пусть по первой и путала названия блюд. Но здесь… Земля и все, что на ней растет – живое, она не потерпит фальши. Я вспомнила слова Бланки и распрямила плечи. Нет, я не я буду, если не справлюсь! Я осторожно отцепила края шарфа от розовой ветки, и вслед за хозяйкой вернулась в дом.
4. За меня решает чувство самосохранения.
Пани Ханна провела меня по коридору в небольшую комнатку. Я уже заметила, что убранство в ее доме было старомодным: добротная деревянная мебель, плетеные коврики на полу, и никакой техники – ни визора, ни комма, ни даже радио. И теперь я подумала, что если она такой приверженец старины, то меня ждут, прости господи, удобства во дворе, но хозяйка рассеяла мои сомнения, показав, что комнатка – смежная с крошечной, но настоящей ванной.
- Располагайся, отдыхай, если что нужно, спрашивай. Ужинать будем в шесть, - сказала она и, отметая мои предложения помочь с готовкой, ушла.
Я опустилась на кровать. Я чувствовала себя, скорее, гостьей, чем работницей, и не в первый раз подумала, что пани Ханна явно одинока и нуждается больше в собеседнице, чем в помощнице. В этом ее сын угадал – пожилой женщине приятнее будет общество другой женщины, чем компания великовозрастного вечно занятого сына, который, наверное, слишком напоминает хозяйке ее покойного мужа. А напоминаний и так было предостаточно. Пока мы обходили двор и дом, хозяйка не уставала вспоминать, как ее «Адусь» при своем кабинетном образе жизни, был все же на все руки мастером. И отопление в доме сделал, чтобы не приходилось в каждой комнате камин растапливать, и мастерскую для «лавандовых дел» оборудовал, и новый способ просушки подсказал. Мне было очень жаль пани Ханну – чувствовалось, что ей очень не хватает мужа, и я прониклась сочувствием. На фоне чужого горя собственные сердечные проблемы казались совсем незначительными.
Мой темный, практичного шоколадного цвета чемодан в этой комнате выглядел чужеродным организмом. В четырех стенах торжествовало белое, розовое и кружевное, словно меня засунули в середину торта. Возможно, в глянцевых журналах подобный интерьер сочли бы очаровательно винтажным, но мне стало не по себе. Интересно, как отреагирует хозяйка, если я посвоевольничаю? Я прошлась по комнате, аккуратно сгребая многочисленных фарфоровых пастушек и котиков, вязаные салфетки и крошечные ароматные саше в форме сердечек с вышитыми веточками лаванды. Поле меня впечатлило, но запах лаванды я не любила. Он считается успокаивающим и способствующим хорошему сну, но меня этот густой запах всегда будоражил, вызывая непонятную истому.