- Я хочу спать! – Не открывая глаз ответила она. – Так что положи меня обратно.
- Через минуту с удовольствием выполню твой приказ, cara. – Он поцеловал кончик вздернутого носика жены. – Ты должна посмотреть на это.
Амато поставил Лиду на ноги, прижимая спиной к своей обнаженной груди, и распахнул шторку.
Лида зачарованно вздохнула. Там в далеке на бескрайних полях начала расцветать лаванда.
эпилог
Лида читала письмо. Это второе письмо, адресованное ей покойным отцом.
«… Ну, что! Раз ты читаешь и это письмо, девочка моя, то я рассчитал все правильно. (Улыбаюсь и кручу ус).
Надо было видеть выражение лица Амато, когда он тебя впервые увидел! Так похожее на мое… В глазах засверкали сердечки… Но он же у меня не такой смелый, что ли… И первым никогда не подойдет к понравившейся девушке.
Хотя, видя его стремление выучить русский язык, я понял, что он настроен серьезно. И просто ждет отведенное им время. Цепкая у него хватка. Сам всего добился без моей помощи. И успешность винодельни целиком его заслуга. За него я спокоен.
Алонзо немного расхристанный, как ты, наверное, заметила. Быстро перегорает и теряет интерес, если достиг в этом успеха. Жаль, не успел найти подходящую партию для него. А то и ему концерн завещал бы только при условии женитьбы на какой-нибудь миленькой, как Фая, но железной леди, как Анхелика. Надеюсь, ты присмотришь за ним на правах сестры…
Будь счастлива, моя дорогая девочка! С любовью, Дарио Чекулетти».
- Плачешь? – Спросил Лиду Амато, присаживаясь на подлокотник кресла. – Не плачь! Уверен, что старый лис довольный сидит в каком-нибудь небесном кабаке – пьет свой любимый ирландский эль в компании наших мам и похохатывает, что даже на смертном орде смог так ловко все обставить. – Он обнял жену за плечи.
- Жаль, я с папой так и не познакомилась… - Она подняла на мужа заплаканные глаза.
- Наш Фабио вылитый дед, дорогая! – Счастливо произнес Амато. – Ты мне еще двоих сыновей должна, cara. – Прошептал он ей на ушко.
- Думаю, папа зря переживал за Алонзо, - улыбаясь, сказала она мужу, поняв его намек. - Маринка такая же экстремальная натура, как он. Вместе будут счастливы.
- Я тоже так считаю, любимая! – Он встал, и обняв жену, крепко, но нежно поцеловал.
Конец