Углубившись в свои чертежи и проекты, Надежда не сразу поняла, что звонит телефон. Она вдруг нервно дернулась, схватила телефон, думая, что это Светлана. Но на этот раз звонил отец. Это было из области «удивительное рядом.»
- Алло, пап. – Радостно ответила Надя.
- Надин, здорово. Это я. Вы с Сашенькой звонили? Я просто был не дома. Вот теперь звоню. – Папа был, как всегда, доброжелателен, спокоен и разговаривал в своем извиняющемся тоне.
- Да, звонили. Саша очень скучает по тебе. Она успела полюбить тебя, разговаривая с тобой по телефону. Я не знаю, может быть, мы сами попробуем вырваться в Питер, но ты бы тоже рассмотрел вариант поездки к нам, познакомиться с внучкой. А то, я так понимаю, у чужих внуков ты нарасхват, а своя внучка только ждет звонка от любимого деда. Короче, можешь не отвечать сейчас, думай. Я пошла звать Саньку. – Надя была раздражена, но тем не менее обрадовалась, что папаша все-таки позвонил.
Глава 30
Саша поняла, что мама разговаривала с дедом, и уже бежала навстречу, пытаясь вырвать смартфон из рук Нади. Надя вручила ей «говорящую голову» деда, а сама отошла в сторону, чтобы им не мешать. На удивление взрослых, современные дети, рожденные в двадцать первом веке, обращались с современной техникой так, как будто их этому кто-то уже успел научить. Саша ловко прибавила звук и что-то поправила в изображении. «Господи, неужели я родила вундеркинда?» Она пошла на кухню, мама готовила обед.
- Мамулечка, давай помогу, а то ты все тут хлопочешь. – Надя обняла маму. Не надоели мы тебе еще? А то так вероломно ворвались, сначала я, потом Сашка. Не ругайся, я понимаю, что за эти слова получу по шапке. Просто я хочу, чтобы ты занялась чем-то для души.
- Вот именно, и по шапке и еще по другому месту за невосторженный образ мыслей. – Мама накрыла сковородку крышкой и вытерла влажные руки об передник. – Что б я без вас делала? Сидела бы тут, как кукушка? С вами хоть жизнь вернулась в дом, а то так, тоска и только. Где там Санька?
- С дедом разговаривает, я ушла, чтоб не смущать. – Надя внимательно посмотрела на мать. Лицо ее стало каким-то напряженным. – Сам перезвонил, я ему «вставила» в очередной раз, сказала, чтобы серьезно задумался о том, чтобы приехать к внучке.
- Что-то мне подсказывает, что не приедет от никуда, по крайней мере, по своей воле. Ладно, пусть хотя бы по телефону разговаривают, хорошо, что есть видеосвязь. Раньше и телефоны были роскошью. – Татьяна Михайловна устало вздохнула, мысли о бывшем супруге наводили ее на грустные мысли, прошло уже почти восемь лет, а она до сих пор не могла принять то, что Виталий просто взял и в одночасье ушел от нее, не сказав ни слова. Была и обида, и горечь, но все это она «перемалывала» внутри себя. Радость доставляли ей дочь, внучка, зять, который тоже был редким гостем в их доме, но он отсутствовал хотя бы по уважительной причине. – Как там Андрей? Собирается? Устал, небось, от работы. Там все-таки, как в армии, все по команде, не расслабишься. Надо дать ему здесь хорошенько отдохнуть и выспаться.
Лицо Нади стало каким-то настороженным. Она взяла стакан, налила воды и сделала глоток.
- Мамуль, еще все не ясно, поэтому тебе не говорила. Но Андрюшка, похоже, не приедет в этот раз.
- Господи, Надя, на этот раз что? Снова его ненормальная? Прости меня, но сколько можно? Я уж не лезу к вам, но наблюдать за всем этим – сущая пытка. – Татьяна Михайловна рухнула на стул. – Налей мне водички тоже.
Надя налила маме воды.
- Нет, со Светланой все в порядке, хоть в этом вопросе наметилась стабильность. Андрей в больнице, у него пневмония, причем, какая-то очень тяжелая, что он на аппарате ИВЛ. Света звонит мне каждый день, рассказывает новости. Мы договорились пока так. Так что, не успеет он поправиться к 2 января, да и ладно, лишь бы выздоровел.
- Господи, прости, что ж это такое-то? Прогневали мы Его как-то не по-детски. Завтра пойду на службу в храм, подам записки, сорокоуст о здравии, к батюшке подойду, надо всеми средствами нашего мальчика вытаскивать. Ты тоже давай, молись. Я вчера слышала по телевизору, что в Китае какой-то, типа «свиного», грипп разбушевался. Кто-то на нас снова разбрасывает дрянь всякую. Держись, дочка. Надо победить. – Мама закрыла лицо руками.