– Вон идёт за тобой, сейчас пригласит, – процедила, не поворачивая головы, Валентина.
– Кто? – сжалась Марина.
– Да вон тот высокий парень, он все глаза на тебя проглядел, когда ты танцевала. Не заметила?
– Нет.
– Он у лестницы стоял. Теперь к тебе движется. Я никогда не ошибаюсь, кто за кем.
Действительно, через танцплощадку, едва заполненную народом, к ним бодрой военной походкой шёл высокий светловолосый парень и, протянув Марине руку, улыбаясь, сказал:
– Пойдём потанцуем.
С перепуга, не найдя ничего лучшего, она ответила:
– Я не умею.
– Да ладно, не умеешь, пойдём, – сказал он и, бесцеремонно схватив за руку, буквально вытащил её на середину зала.
– Откуда ты, красивая дикарка? – спросил парень, одной рукой обхватив талию девушки, а второй прижав её вытянутую ладошку.
– Из Боевого, – чуть дыша от смущения, ответила Марина.
– А я думал – из Тихонино, – привлёк он её к себе. – И где же это самое Боевое?
– В Чечне, – стараясь отодвинуться от парня, пролепетала Марина.
– Ну, это меняет дело, – сказал он и, скорчив строгую гримасу, демонстративно отодвинулся от девушки. – И звать тебя, наверное, Зухра или Зульфия?
– Нет, Марина.
– Странно, но приятно, а я Алексей Терёхин, гвардии старший лейтенант Советской армии, – прищёлкнул он каблуками. И тут же неудачно сострил: – А где же твой злой чечен?
– Какой? – поинтересовалась Марина.
– Да тот, который ползёт на берег и точит свой кинжал? – широко улыбнувшись, ответил парень.
– А где твой медведь? – неожиданно разозлившись, парировала Марина.
– Какой? – опешил парень.
– Да это я так, – уже миролюбивым тоном ответила Марина, – чеченцев кинжалом постоянно донимают, украинцев – салом, ну а русских медведями.
– Ты смотри, вроде тихоня, а сказала, как отрезала, – удивился Алексей. – Настоящая дочка гор.
Надерзив кавалеру, Марина вдруг почувствовала, что все её страхи прошли, а есть только музыка и этот весёлый парень, с которым танцевать было одно удовольствие. Прошла неуверенная от каблуков походка. Ноги, не сбиваясь, попадали в ритм, но главное – в объятиях этого совершенно незнакомого человека было как-то необыкновенно радостно, и страшно не хотелось, чтобы танец закончился. Хотя лейтенант и не собирался отпускать её от себя.
– Стой, Мариша, танцуем дальше, – шепнул он ей на ухо, когда медленная музыка сменилась на быструю. – Только продолжаем танцевать в паре, не люблю эти потоптушки. Я научу тебя, как правильно танцевать быстрые танцы.
И действительно, её, никогда не танцевавшую в паре, он быстро научил быстрым переходам, переворотам, и она летала в его руках – весёлая, быстрая и умелая.
– Хорошо ты танцуешь, а говорила – не умею.
– Я, правда, не умею, я только дома перед зеркалом танцевала, – оправдывалась Марина.
– А сколько же тебе лет, что ты ни разу на танцах не была?
– Девятнадцать, – без тени кокетства ответила Марина.
– Неужели такое бывает? – удивился парень. – Может быть, ты скажешь, что ты ещё и не целовалась ни с кем?
– Нет, – ответила, покраснев, Марина и, выдернув свою руку из рук парня, быстро пошла к своему месту.
– Ты чего, обиделась? Ну и зря, я же не собираюсь учить тебя ещё и целоваться. Я просто так, из здорового любопытства спросил. Ну, ни разу не приходилось не целованных красавиц видеть, – договаривал он, усаживаясь на стул рядом с Мариной. – Ты тоже хороша, сразу бы сказала: «Так, мол, и так, гвардии старший лейтенант Терёхин, я девушка строгих горских правил, просто случайно залетела сюда в самоволку по недосмотру старших по званию».
Услыхав про самоволку, Марина не удержалась и хмыкнула.
– Чего, точно в самоволку? – обрадовался лейтенант. – От кого сбежала?
– От царицы Тамары, – засмеялась Марина, представив царицу в галифе и с усами.
– Что за царица такая?
– Да наша бухгалтерша со стройки. Меня без неё не пускали.
– А что, ты ненадёжный товарищ?
– Да нет, надёжный, только обычай у нас такой. Девушкам без сопровождения старших нельзя быть на улице.
– Слушай, точно! А мы всё с другом удивлялись, что это вы все по двое ходите, как военный патруль. А тут, оказывается, всё по уставу. А форму свою куда спрятала?