- Моя сестра заплатила намного больше. – Она оглянулась на Лейлу.
- А по-моему, она счастлива. Кто знает, если бы не та история, были бы у нее дети?
- Катя, мы общались с вами некоторое время. Когда Ольга была жива…
- Не смейте произносить ее имя!
- Я уверена, очень скоро вы разберетесь. И поймете, кто прав, а кто виноват. Но не судите нас строго. – Она вышла. Вернулась с коробочкой в руке.
- Это похоже на мелодраму. Но режиссером являлась совсем не я.
Она вручила мне видео кассету. Руки дрожат.
- Катя, это вся правда, которую я знаю. Здесь все.
- И вы три года не могли передать мне кассету?
- Нет. Такова плата – мое молчание. Довлатов не знает об этой кассете. Я не знаю, что на ней. Но я обещала Ольге передать ее вам. При удобном случае.
Я выхватила коробочку. Хотелось крикнуть слова проклятий. Но тут со двора снова крикнул ребенок. И удалилась, подавив злобу. Имею ли я права судить?
Но перед там как уйти, Меня все же остановила Лейла.
- У Юли на самом деле не было выбора. Она нашла нас умирающими с голоду. Мы жили далеко от города.
Уже в номере отеля села и тупо уставилась в стену.
- Я бы попросил тебя заплакать, но ты не умеешь.
Я посмотрела на него.
- Лучше поцелуй меня. Поцелуй так, чтобы обо всем забыть.
- Не нравишься ты мне такой.
- Какой?
- Застывшей в прошлом. Посмотри эту чертову кассету! Открой глаза! Хватит жалеть себя и того, чего давно нет! Посмотри на тех, Кто по настоящему окунулся в ад! Не в вымышленный, а в реальный! Я бы рассказал тебе какова жизнь наизнанку!
- Пошел ты к черту! Все пытаешься доказать что-то! Моя сестра была дрянью! Что, если я это признаю, станет легче?! Чего ты хочешь от меня!
- Тебя хочу! Неужели не понятно! Тебя всю! Такой ты бываешь только в постели! Без Ольги! Без Егора и Игоря! Без мужа бывшего!
Я размахнулась, хотела ударить. Он откинул мою руку. И направился к двери. А я прыгнула ему на спину. Он развернулся, и мы оба повалились на пол.
Что было потом? Секс, с привкусом горечи. Любовь с примесью помешательства. Я одержима этим человеком. Но я забуду его. Верну право на жизнь. Только я тогда еще не знала: нужна ли мне эта жизнь без него?
Может он на самом деле мог мне поведать о чем-то страшном. О войне? Она таилась в грусти его глаз? Война оставила шрамы по всему телу, и в душе? Эти шрамы выглядели уродливо, напоминая о жестокости. А я страдаю жалостью к себе. Дура. В очередной раз!
27
Я не стала смотреть кассету. Я сбежала. Села на рейсовый автобус. Добиралась до родного города несколько дней. С пересадками. Лишь бы без него. Я не спала и не ела. Только держала эту кассету, как величайшую из реликвий. Я оттягивала момент прозрения. Боялась того, о чем толковал Андрей.
Он позвонил. Я без сил валялась в постели. Включился автоответчик.
- Ты делаешь ошибку. Ты не «железная леди». Ты даже не скоростной поезд, мчащийся без тормозов. Катя, ты лавина. Стихийное бедствие. Летишь, и сметаешь все в радиусе километров от себя! Я пытался что-то изменить. Но потерпел фиаско. Ты сама приняла решение. Ольга слишком многое присваивала раньше. Ее нет теперь. А ты по-прежнему подвержена ее влиянию. Не знаю, что еще сказать. Да и зачем... Если захочешь, чтобы я еще что-то сказал... В-общем, больше не стану вмешиваться. – Голос печальный. Теперь уйдет в мир погонь и стрельбы. Он не любитель пьянки. Хотя по началу пытался таким казаться. Он пил, чтобы что-то забыть. Я так и не разгадала его. Не позволила себе эту роскошь.
Андрей вышел из моей жизни, и не намеревался возвращаться. А я не побежала следом. Так и не сказала самое важное. Не сказала, как сильно я благодарна ему. За поддержку, за понимание. Продолжения не будет. Он гордый. А я дура, Потому-что тоже гордая. Но если все так, как есть, то я не заслуживаю любви. Я влюбилась. А теперь боялась все разрушить. Увы. По моей жизни прокатилась лавина. Теперь нужно собрать обломки. И сохранить саму себя. Если хоть что-то осталось. Ольга. Что бы она посоветовала в такой ситуации? Ничего. Посоветовала бы все выкинуть из головы. И загрузила бы своими проблемами.
Позвонила Марье Сергеевне. Она говорила очень взволнованно. Но тогда я не могла сосредоточиться. Все мысли были о кассете.
- Катя! Ты слышишь, что я тебе говорю? Он увез Артема. С какой-то женщиной.
- Наверняка, это была Яна.
- Да. Яна. Но ты не видела, в каком они оба состоянии. Егор на грани нервного срыва. Он кричал, как сумасшедший! Артемка не хотел с ним ехать. А потом. Сказал : попрощайтесь! Кать, чует мое старушечье сердце! Не ладно что-то!