- Мам. – В дверях стояла Настя. Испуганная. Босая. В старенькой пижамке. В коечке запищал Артем.
- Простите меня, детки.
- Мам, не плачь.
- Сдала что-то. Больше не будет слез.- Как я могла? Откуда эта глупая слабость?
- Без теть Оли плохо.
- Да, дочка. Но мы справимся. Будет ее не хватать.
- А папа? – Она смотрела на меня его же глазами! Карими. Большими. А что я могла ответить.
- Он будет жить в другом месте.
- Он бросил нас? Как у Светки? У нее тоже нет папы. Он ушел к другой тете.
- Родная, так бывает. Но у тебя есть папа. Единственный! И другого не будет! Он любит тебя. Любит так, как умеет. Будет приходить. – Я обнимала дочку. А она гладила меня по голове своими хрупкими ручонками.
- Это из-за нас с Артемкой? Папа обиделся, что мы его к себе взяли?
- Ну, что ты! Настенька, папа любит вас. Просто у взрослых бывают сложности.
- Да, уж. вы взрослые такие странные. Не хочу взрослеть.
Больше не было слез. По крайней мере, не таких бурных. Детям нужна любовь и поддержка. Никто, в целом мире, не способен им этого дать. Кроме меня. Я одна. Я всегда вот так поддерживала сестру. И за ее бедами не видела своих. Теперь все иначе. Но я справлюсь. Даже помогая Ольге, умудрялась сама держаться на плаву. Господи помоги!
Я пошла в церковь. С детьми. Поставили свечки. Не хватало решительности на исповедь и причастие. Я просто молилась и верила. С божьей помощью все будет хорошо!
6
Что-то нужно решать. И как можно скорее. Я очень внимательно рассматривала собственное отражение в зеркале. Находясь, пока еще, в собственной квартире. Полна сил и энергии. Забросила пробежки. Исхудала. Но это уже не нормальная худоба. Скулы обтянуты кожей. Лишь глаза, болезненно блестящие, огромные. Это даже страшно выглядит. Под ними синяки. А цвет? Синие, почти прозрачные. Морщинки на лбу углубились. Даже губы трагически сжаты. Я потеребила их, пытаясь оживить. Надула. Выглядит смешно по отношению к остальным недостаткам. Волосы беспомощно скручены в пучок. И цвет отсутствует. Ногти поломаны, покусаны. Дурацкая привычка, которую с трудом когда-то забросила. Но теперь снова! Заняться собой? Зачем? И когда?
Егор. Кирилл. Ждать от них помощи? Ни за что. Слава богу, руки и ноги целы. Я не жалуюсь, но мало жизнь баловала меня. Сколько себя помню, всегда работала. Или помогала по дому. Чаще стояла у плиты. Скупала книги по кулинарии, и каждый раз поражала свою семью! Кирилл не раз выказывал недовольство! Ему хотелось нормальной еды: борщ или картошка! А я осваивала то итальянскую, то греческую кухню! И откуда набиралась сил и времени?
Когда я последний раз нормально ела? Вот почему такая слабость. Денег нет совсем. Холодильник пуст, будто Мамай прошелся! Егор покупает подгузники, смесь для кормления. Настя. Ей нужна куртка на зиму. Из старой она выросла. Хорошо, что об остальном во время позаботилась.
Ужас какой-то! Мысль есть. Надо ухватить ее за хвост. Кухня.
Я отошла от зеркала, и выглянула в окно. Почти рассвет. Что-то зажурчало по трубам. Ура! Отопление дали! Мелкий дождик стучит в окно. Холодно и не уютно.
Так! Стоп! Что я умею?
Я повар. Кондитер. Вышла на кухню. Осмотрела мягкий уголок, цветок в горшке над столом. Почти новые шкафы. Духовка. Открыла дверцу шкафа. Шприц для выделки узоров. Формочки. Еще множество разных приспособлений!
Точно! Торты! Пирожные! Вот что я умею!
Еще мама подрабатывала этим. На заказ печь торты. К тому же есть все необходимое. Я всегда баловала своих родных. Поэтому оборудовала кухню, как надо! Плиту специально выбирала с великолепной печкой! Даже объявления давать не нужно. Стоит полистать записную книжку. Обзвонить всех. Руки чесались. Кот начал крутиться под ногами. Вернулся пару дней назад. Потрепанный еще больше, чем до исчезновения.
- Багирушка! – От радости я его расцеловала, и понеслась на кухню. Только бы Кирилл не отнял квартиру.
Вот так и началась новая практика. В кухне установила люльку на колесах. Взяла у Егора взаймы денег. Он готов был и так дать, безвозмездно. Но я решительно отказалась. от своих решений не откажусь! Купила продукты. Заказы появились сразу же. И начался нешуточный труд. Первую неделю было тяжело. Настя помогала, как могла.