- Иди, открой и скажи, что все в порядке, что ты ничего не слышала, – велел Адам, поднимая ее на ноги.- Би, возьми себя в руки, ты справишься.
Картер продолжал ее инструктировать, пока они спускались по лестнице, и уже подойдя к двери, Белла была полностью с ним согласна, что позволить полиции войти они не могли. Взявшись за ручку двери, девушка сделала глубокий вдох, а потом повернула ее.
На пороге стоял офицер в форме, и яркий свет фонарика ослепил ей глаза.
- Простите, мэм. Нам поступил сигнал, что по этому адресу, раздается шум. У вас все хорошо?
Белла была все еще в пижаме, и полицейский фонарь заставил ее прищуриться, поэтому она предположила, что вполне сойдет за только что проснувшуюся.
- Да, у меня все хорошо. Возможно это какая-то ошибка. – И снова яркий луч, заставил ее прикрыть глаза рукой. – Вы не могли бы убрать фонарик? Вы светите мне прямо в глаза.
- Простите, мэм, – ответил офицер, который, похоже, осматривал ее лицо, чтобы убедиться, что с ней действительно все хорошо, и она не пострадала. – Вы не слышали ничего странного?
- Нет, офицер. Меня разбудил ваш громкий стук. – Она попыталась изобразить на лице недовольство, которое должен испытывать каждый, кого так бесцеремонно разбудят посреди ночи. – Посмотрите у парка, там зачастую собираются подростки, возможно, это они шумели.
- Белла! – послышался новый голос и к двери подошел второй полицейский. – Что тут у вас происходит?
Высокий, крепкий и всегда улыбчивый Лайонел был ее старым знакомым. Арабелла даже обрадовалась, увидев его.
- Здравствуй, Лайонел, - сказала она, - да, вот, говорю твоему напарнику, что у меня все хорошо. Никаких происшествий.
- Да? Уверена, что нам не стоит осмотреться? Вдруг что?
- Уверена, - ответила она, расслабившись от того, что ее знакомый не осматривал магазин со стороны главного входа и сразу постучал сюда, зная, что она еще и живет здесь. – Спасибо за беспокойство.
- Еще раз простите, мэм. Доброй ночи, - сказал второй офицер.
- Доброй ночи, - она улыбнулась мужчинам.
Как только Арабелла закрыла дверь, стоявший прямо за ней, Адам, взял ее за руку.
- Поднимись наверх и немного успокойся, а я осмотрюсь.
- Нет, я должна сама посмотреть. – Арабеллу переполнял страх от мыслей о том, что она может увидеть, но оттягивать этот момент было глупо. Она сделала несколько шагов и нащупала рукой выключатель. Несколько секунд Белла собиралась с силами, а потом просто зажгла свет в торговом зале.
То, что предстало перед ее глазами не шло ни в какое сравнение даже с самыми смелыми ее опасениями. Магазин был полностью уничтожен. Не сдержав эмоций, Белла зажала рот рукой и заскулила в собственную ладонь. Слезы рвались наружу, и она закрыла глаза, чтобы удержать их. Но это было бесполезно.
Все стеллажи были не просто опрокинуты, но еще и раскурочены настолько, что их теперь только выбросить. Все лампы и стекла в лавке были побиты, за исключением тех, что висели под потолком, а книги, что попадались на глаза, разорваны или растоптаны. «Прости, мамочка! Прости меня», - подумала она. «Я подвела тебя».
Девушка прошла вглубь магазина, перешагивая через остатки своей мечты и рассматривая все, что от нее осталось. Горячие слезы все же хлынули из глаз, и в бессилии Белла опустилась на колени. Она обхватила себя руками и тихо всхлипнула. Как же тяжело было сдерживать свою боль, рвущую душу на сотни или даже тысячи частей. Это все, что у нее было. Ее лавка, ее жизнь, ее память и душа. Обводя взглядом разрушения, она заметила на полу один из экземпляров книги о Вини – Пухе. Мысль о сорвавшемся празднике, стала последней каплей. Больше она не сдерживалась. Белла позволила себе горевать, громко и открыто.
- Прости, Белль, – услышала она голос Адама за спиной. – Я все исправлю, я смогу…
- Черт возьми, Картер! – не выдержала она. – Пожалуйста, оставь меня одну.
Она понимала, что сама сделала этот выбор, что своим решением позволила разгромить магазин, но видеть виновника своих бед ей сейчас было не под силу. Глаза Адама виновато опустились, и он горько кивнул, а потом отошел к лестнице. Она слышала, как под его ногами хрустело стекло, и каждый раз этот звук словно кромсал ее сердце.
Белла не знала, сколько просидела вот так, одна, на полу. Она слышала, как Картер позвал Буна и стал разбирать завал в конце магазина, подальше от нее. Девушка даже не заметила, как наступило утро, она не вставала, а Адам не решался к ней подходить.
Как только первые лучи яркого калифорнийского солнца пробрались сквозь сломанные рольставни одного из окон и заплясали на осколках стекол, Белла перестала безмолвно плакать. Она поднялась на ноги и пошла на звук, доносившийся с той стороны, где находился ее гость.