— Не прикидывайся глупее, чем ты есть!
— А что не так, Минерва? Ах да, Поттер теперь не зависит от своей маггловской родни. И придется считаться с Эбби как с его опекуншей. А Эбби плевать хотела на ваши игры. Ее будет ДЕЙСТВИТЕЛЬНО интересовать безопасность мальчишки и его интересы.
— Мы поговорим об этом позже, — предостерегающе поднял руку Дамблдор. — Сейчас главное, чтобы Гарри понял, что он должен быть очень осторожен. Мальчик мой, ты должен пообещать, что не будешь ничего скрывать. К сожалению, никто из нас не общался с мисс Мерри последние годы, поэтому мы не можем сказать, как она поведет себя в критической ситуации.
— Хорошо, директор, — покладисто ответил Гарри.
— Ну вот и славно. А теперь студентам пора отправляться на ужин.
— Странно как-то, — сказал Гарри, пока они шли в Большой Зал, — Абигайль точно не будет связываться с Волдемортом. Она сама по себе, ей все это ни к чему. И к магглам она нормально относится, и к магглорожденным. А сунься она в эту компанию — ей Лестранжи и Малфои глотку перегрызут. И не только они.
— Ты прав, Гарри, — согласилась Гермиона, — это очень странно. Правильно, что ты не сказал про медальон.
— Снейп-то про медальон знает, — ответил Гарри.
— Мне почему-то кажется, что Снейп тоже не будет откровенничать.
— Думаешь, они с Абигайль... ну, встречаются?
— Не знаю, — вздохнула Гермиона. Почему-то ей вдруг стало неприятно.
На прощание Абигайль подарила Гарри медальон, который являлся порт-ключом в Блэк-мэнор. При необходимости владелец медальона мог взять с собой еще одного человека. Но почему-то ни Гарри, ни Гермиона не хотели говорить об этом никому из преподавателей. Не хотели и все!
Жизнь в Хогвартсе вернулась в привычное русло. И Гермиона смогла заняться исследованиями зелья Алоизия Кондрашека. Некоторых ингредиентов не хватало, но забраться в кладовку к Слагхорну было намного проще, чем к Снейпу. На приготовление ушло пять дней. Гермиона уже была готова предоставить результат Снейпу, но тут...
День не задался с самого начала. На Гермиону обиделись и Гарри, и Рон за то, что она не дала им списать домашнее задание по Чарам. Лаванда Браун, поддерживая своего Бон-Бона, прошипела что-то о лохматых заучках. Коллин Криви опять щелкал новым фотоаппаратом, который ему подарили на Рождество. В дверях Большого Зала Крэбб сбил с ног первокурсника с Хаффлпаффа. На ЗОТИ Снейп превзошел самого себя, комментируя «бездарность тупоголовых гриффиндорцев, вообразивших себя Избранными». На десерт досталось несчастному Невиллу.
И Гермиона не выдержала. Она одолжила у Гарри мантию-невидимку, пробралась на кухню и щедро добавила всюду, куда только было можно, зелье Алоизия Кондрашека. Пусть, пусть все эти черствые, жестокие люди наконец-то почувствуют, как много боли они причиняют. Какие раны наносят, не задумываясь об этом...
Завтрак прошел на удивление мирно. У шестого курса первой парой была гербология совместно со Слизерином. По дороге к теплицам Гермиону перехватила профессор МакГоннагал. Декан Гриффиндора почему-то именно сейчас решила озадачить префекта организационными вопросами. Было странно, но вежливая и исполнительная Гермиона Грейнджер вдруг почувствовала дикую усталость и раздражение.
А в это время...
У первокурсников Хаффлпаффа первой парой стояла ЗОТИ. Профессор Снейп в своей привычной манере влетел в класс. Ученики привычно втянули головы в плечи. За первой партой сидел самый маленький ученик в классе. Дикки Мэрфи до икоты боялся Мастера Зелий. А в этот день у мальчика была еще одна причина для паники — он потерял свиток с заданным эссе.
— Домашние задания на стол, — брезгливо сказал Снейп.
И профессора накрыла волна ужаса и паники. Он резко развернулся к классу. И встретил полубезумный взгляд широко раскрытых серо-голубых глаз.
— Мэрфи? Что с вами?
Это было последней каплей. Мальчик затрясся от страха. Его ужас передался одноклассникам. Зелье, выпитое за завтраком, не только передавала эмоции другого человека, но и усиливало их. Кто-то из девочек громко заплакал. Снейп ничего не понимал. Его самого захлестывал ужас. Желание бежать, скрыться, забиться в самый темный угол.
— А ну тихо! — рявкнул он, с трудом преодолевая вязкий страх.
Дети с криками сорвались с места и бросились вон из класса. Страх и безумие вырвались в коридоры Хогвартса.
Лаванда Браун кокетливо прижалась к Рону, когда они чуть отстали от остальных по дороге к теплицам.