— Рая! — букинист посмотрел старушке прямо в глаза и выдержал паузу, — Кого ты, чёрт тебя дери, ко мне прислала⁈
— Что, тебе мальчишки тоже не понравились? Увы, мой старый друг, теперь они — наша с тобой общая проблема. Если мы пустим ситуацию на самотёк, то под колья и пули попадём и мы с тобой.
— Говори за себя, Раиса! Это не я тут ведьма! — старичок нервно дёрнул головой, будто смахивая волосы с лица.
— Но не я тут гном, товарищ букинист. Да ещё и с примесью лепрекона, если я правильно помню. Так что, Николаша, мы в одной лодке. Ты им бестиарий дал?
— Дал, дал, — старичок сник и облокотился на прилавок, — Рай, за что нам это безобразие?
Лавочница расхохоталась.
— Коля, ты ещё не устал задавать мне этот вопрос? — с улыбкой спросила она своего приятеля, — Ты то же самое спрашивал меня в семнадцатом году, потом в двадцать четвёртом, потом в тридцать седьмом, и с тех пор каждые несколько лет, как генсеки менялись. В этом году, считай, юбилей! Семьдесят пять лет ты меня уже спрашиваешь, за что нам это безобразие. И я отвечу то же, что и всегда — мы тут не при чём. Мир меняется, всегда так было.
— Ох! Это нисколько не успокаивает!
— Просто ты пессимист, Коля! — констатировала ведьма и достала из-под прилавка бутылку мутной красной жидкости и две стопки.
— Что это? — оживился букинист.
— Наливка земляничная, Галя делала. Для особого случая держала, и вот он, кажется, наступил.
— Наливай! — махнул рукой старичок и сорвал с себя галстук-бабочку.
— Не наливай, — сказала Сири и хлопнула крыльями, — те двое возвращаются.
— Тьфу ты! — Раиса убрала наливку и стопки обратно под прилавок.
— Но я же повесил табличку! — возмутился букинист.
— Мало ли, что ты повесил! У нас договор с их начальством. Иди открывай.
Рыжая курица спрыгнула с прилавка и шмыгнула в подсобку. Ведьма и гном, уже успевший отпереть дверь и снять табличку «Учёт», усиленно делали вид, что обсуждают рабочие вопросы. Звякнув колокольчиком, в лавку вошли охотники. Мордатый Славик тащил подмышкой увесистую картонную папку — копию бестиария.
— О, как хорошо, что вы оба тут! — из-за спины крупного товарища вышел Антон, — У нас ещё остались вопросы!
Букинист кашлянул в сторону своей приятельницы, начинающей багроветь от злости, и в его кашле послышалось слово «голос». Раиса тяжело вздохнула и прочистила горло.
— И что же вы хотели спросить? — снова старушечьим голосом спросила лавочница.
— С чего нам начать-то? — с ноткой истерики спросил Славик и потряс в воздухе здоровенной папкой.
— Как мы поняли, — продолжил за него Антон, — нечисти тут очень много, и часть из них трогать нельзя. Но начинать с чего-то надо! Вот мы и хотели спросить, может, кто-то особенно сильно злодействует? С чего нам за дело браться?
— С изучения теории! — в голос ответили лавочница и букинист.
Антон поднял руки в положение «сдаюсь» и отошёл на шаг от прилавка. Славик удивлённо хлопал глазами, сжимая в руке картонную папку. В руке Николая затрещала ткань, когда-то бывшая галстуком-бабочкой невероятного изумрудного цвета. Где-то в подсобке тяжело вздохнула рыжая курица. Лишь Раиса Никитична, с трудом вернувшая себе самообладание, продолжала стоять неподвижно, наблюдая, чем же закончится этот цирк.
Однако, цирк и не думал заканчиваться. Славик, чьи умственные способности, вернее, их почти полное отсутствие, легко угадывались по выражению его широкого лица, подошёл к прилавку и шумно шлёпнул папкой по дереву. Кассовый аппарат жалобно звякнул, так же звякнули бутылка и стопки, стоящие на полке под ним. Николай подпрыгнул на месте от неожиданности, но ни один мускул не дрогнул на лице Раисы.
— Мы прошли особую подготовку в КГБ! — рявкнул Славик и с вызовом посмотрел лавочнице в глаза, — А вы говорите нам, что нам ещё вот это всё нужно изучить, иначе работать нельзя⁈
— Именно это я вам и говорю, мальчики, — холодные голубые глаза ведьмы буквально прожигали в лице Славика дыру, но голос был совершенно спокойным.
— Но почему? — возмутился Антон.
— Потому что в КГБ вас как учили? Нечисть — равно уничтожить, всё, точка. Но если вы двое начнёте бездумно уничтожать местную нечисть, то вы сделаете только хуже и сами погибните, едва начав свой крестовый поход. Вам жить надоело?
— Н-нет, — нервно сглотнул Славик.
— Вот и славно! Ха! Почитаете бестиарий, покатаетесь по городу, изучите его, и начнёте работать. За неделю, или сколько вам там понадобится для прочтения, ничего критически серьёзного не случится. Зато вы оба будете готовы и во всеоружии, особенно информационно! Разве ж это плохо?