Перепугавшись пристальному вниманию, Ирина отбила низкий поклон и легонько толкнула Анечку, чтобы она повторила действия матери. Никакой реакции не последовало. На мать и дочь молча и с любопытством смотрели пять пар глаз.
— Здравия, Хранительница леса! — прокричала Ирина настолько громко, насколько позволяла дрожь во всём теле, включая горло.
— И вам здравия, путники! — крикнула в ответ белокурая бархатистым голосом, не менее красивым, чем она сама.
— Мы не хотели беспокоить Вас, Хранительница леса! Но помочь нам можете только Вы!
— Полно, я тебе не барыня какая! — блондинка сделала приглашающий жест рукой, — Подходите, мы не укусим!
Нервно сглотнув, Ирина вцепилась в руку дочери и осторожно пошла вперед. Лапти шаркали, приминая свежую траву. Колени у женщины дрожали. Зато Анечка шла совершенно спокойно. Малышку учили бояться волков, но никогда ранее она не видела этих прекрасных животных так близко. И никто не говорил ей, насколько они красивы!
Подойдя к лавке настолько, насколько позволял приблизиться страх перед волками, Ирина отбила ещё один поклон.
— Ох, ну и глупый же люд! — разозлилась красавица, — Куда ты мне поклоны бьёшь, бедовая? Делать тебе больше неча или как?
— Прощения просим, Хранительница леса!
— Найду того, кто дал мне это прозвище, и ноги выдерну. У меня имя есть. Раисой меня величать.
Ирина растерянно посмотрела на ту, что все в округе называли Хранительницей леса. Эту женщину боялись больше огня. В её владения заходили только по крайней необходимости. Мало кто возвращался живым. И вот она сидела перед Ириной и Анюткой совершенно не страшная и просила называть её обычным человеческим именем.
— Ну, что уставилась? Тебя-то как звать?
— Анечка! — малышка протянула Раисе ручонку, хотя спрашивали не её.
— Вот! С тобой приятно иметь дело, девочка! Прости, Анечка. Здравия тебе!
— И Вам здравия, — пропищала малышка.
— Ирина, — сглотнув, представилась и мать.
— И тебе, Ирина, здравия! Что привело тебя ко мне? Да ещё и с дитятей.
— Помощи прошу! — взвыла женщина и упала на колени.
— Встань, бедовая! Ты меня за кого держишь, а?
На Раису уставились два синих как сапфиры глаза. В них читалось полнейшее недоумение. Ирина ожидала совсем не такого приёма.
— Говорить будешь? Или тебе по нраву в траве валяться?
— Буду! Мужа я своего ищу. Три дня тому ушёл в лес, Вас искать, Храни… Раиса.
— Три дня тому, говоришь? — красавица задумалась, — Полкаша, там что-нибудь осталось?
Белый волк вскочил, вильнул хозяйке хвостом и убежал за пределы поляны. Пошарив в кустах, зверь вернулся с обглоданной человеческой рукой. Ирина рухнула в траву без чувств, так и не встав с колен. Красавица присвистнула.
— Нежная у тебя мамка, Анечка. А ты как, не боишься?
Девочка с любопытством разглядывала волка и, казалось, не замечала руки своего отца в звериной пасти. Но Раису она слышала и отрицательно мотнула головой в ответ на заданный вопрос.
— Интересно, — протянула красавица, — но мамку твою надо в чувства вернуть.
Достав из-под платья большой кулон, висящий на длинном шнурке, белокурая открыла украшение и макнула палец в содержимое. Смазанным пальцем Раиса коснулась лба Ирины. Путница тут же очнулась и вскочила на ноги.
— Жива? — с усмешкой спросила лесная ведьма.
Членораздельной речи от перепуганной селянки ждать не приходилось. Закрыв рот руками, она уставилась на волка с рукой в зубах. Неправильно поняв, что от него хотят, Полкан завилял хвостом и подошёл ближе. Руку он выложил под ноги Ирине и по-собачьи улыбнулся, оскалив огромные клыки.
От нового обморока женщину спасло зелье, нанесенное ей на лоб. Раиса всегда носила при себе кулон с этим снадобьем. Её гости частенько падали без чувств то при виде волков, то просто от переизбытка эмоций. Репутация у лесной ведьмы была жуткая и, по большей части, совершенно незаслуженно. Да, из её владений мало кто возвращался живым, но ни она сама, ни её волки не трогали тех, кто пришел с миром.
Ирина постепенно приходила в себя. Её уже перестала бить дрожь, она перестала мычать и вращать глазами, но женщина всё ещё была не вполне адекватна. Раиса ловко взобралась на могучий дуб по едва заметным ступенькам и так же ловко спустилась вниз. В её руке был конец веревки, за который ведьма аккуратно потянула. Сверху, из кучерявой кроны, на землю спустилась сеть с сундуком внутри. Волки без команды разбежались в разные стороны. Пока ведьма извлекала из сундука блестящий самовар и посуду, звери вернулись каждый со своей ношей. Полкан принёс веточки для растопки. Серые волки притащили в зубах по пучку лесных трав.