Из-за сторожки наперегонки выскочили два существа ещё более ужасающие, чем клыкастый татарин. Новый виток ужаса вытащил Ксюшу из оцепенения. Со сдавленным криком юная ведьма повалилась на пассажирскую дверь взятой взаймы Нивы. Раиса тут же кинулась поднимать свою помощницу. На подмогу бросился и Рустам, а за ним побежали и те, чей вид вызвал у девушки обморок.
— Вот так и знала, что пригодится! — сетовала старушка, вытаскивая из-за ворота рубашки медальон, скрывавший в себе волшебную мазь.
— Подпортил я нервы Вашей дочке? — вампир грустно усмехнулся.
Раиса уставилась на него взглядом одновременно бешеным и испуганным. У огромного мужчины, который по сути был настоящей машиной для убийства, от этого зрелища по спине прошли мурашки. И не было ни одной объективной причины, чтоб лавочница смотрела на него вот так.
— Она мне не дочь, а просто стажерка, — взяв себя в руки, протараторила старушка.
— Простите, я не знал.
— Н-ничего, — Раиса запнулась и вздохнула, — тебе еще много предстоит узнать, многому научиться. Времени у тебя предостаточно.
Лавочница вымученно улыбнулась и смазала виски Ксюши пробуждающим зельем. Рустам держал девушку в вертикальном положении и чуть не выронил, когда она трепыхнулась, пробуждаясь от обморока. С тихим стоном юная ведьма приподняла дрожащие веки.
Картина, что предстала перед ней, чуть не тронула её рассудок. Упасть обратно в небытие не позволила волшебная мазь. Но именно забыться сном или обмороком Ксении хотелось больше всего.
Девушка обнаружила себя крепко схваченной огромными руками. На неё смотрели два лица: виноватое, но клыкастое, и старое, сморщенное, с живым беспокойством в молодых глазах. А ещё у ворот виднелись две осклабившиеся морды, полные здоровенных острых клыков. Ксюша закричала.
— Шайтан этләре! А ну, брысь отсюда! — крикнул вампир.
— Мы же добррра хотели! — внезапно ответила одна из морд глухим женским голосом.
Девушка закричала снова и начала трепыхаться, словно пойманная рыба. Рустаму стоило немалых усилий удержать её. Монстры, повесив головы, послушно отошли и скрылись за сторожкой. Только после этого Ксению удалось успокоить.
— Ну, всё? Истерика закончилась? — Раиса всё ещё была обеспокоена, но уже начала раздражаться.
— Да, извините, — покачиваясь, ответила девушка.
— Гончих испугаться, это ж надо! Ты же знала, куда мы едем!
— Я никогда не видела их живьем, а они так выскочили! И я понятия не имела, что они говорящие!
— Говорящие, говорящие, — повторил Рустам, — не заткнешь, паршивцев.
Из-за сторожки осторожно высунулись два длинных собачьих носа. Раиса прыснула, оценив деликатность проводников на тот свет.
— А ты, я смотрю, их лаской не шибко балуешь, — обратилась ведьма к вампиру.
— Приходится и покрикивать, иначе они жизни не дадут, — Рустам пожал широкими плечами.
— Так-то оно так, но не думаю, что им приятно, когда ты называешь их шайтанами.
— Да я это в сердцах, Раиса Никитична! Видели же оба, что девчонка из-за них верещит, и всё равно к ней полезли. Обычно, я их по именам называю.
— Ты дал гончим имена? — старушка звонко рассмеялась, — Нет, я, конечно, знала, что многие вампиры своим гончим имена дают, но, почему-то думала, что ты не из таких.
— Да они тут со мной торчат постоянно, надо же их как-то различать, подзывать и отгонять. Не всегда они одновременно вытворяют. Мне что, называть их Белый и Чёрная? Тьху!
— Нет, конечно. Это ж банальщина! Как назвал-то?
— Тузик, Жучка, ко мне! — крикнул вампир в сторону сторожки.
Черная псина, размером совсем немного уступающая ездовой лошади, выскочила на дорожку и двинулась к воротам, размахивая хвостом. Следом изящно гарцевал белый пёс, не отстающий от сестры размерами. Оказавшись перед самой границей кладбища — дальше гончим хода не было — обе собаки сели в величественных позах, словно две статуи. Разве что, у черной статуи совсем не величественно из пасти чуть на бок свисал длинный розовый язык.
Старушка на минуту застыла в удивлении, но после расхохоталась, держась руками за живот. Они и сама не знала, что развеселило её сильнее: имена гончих или тот факт, что вели они себя как самые настоящие и взаправдашние молоденькие собачонки. На своём веку ведьма повидала многое, в том числе и несчетное количество кладбищ, на большинстве из которых были и сторожи-вампиры, и пара огромных потусторонних собак. Да что говорить, лавочница, задолго до того, как стать лавочницей, держала у себя в питомцах целые стаи волков. Однако же, никогда ранее ей не приходилось видеть не только беспрекословное послушание, но и настолько свойственное обычным собакам поведение у существ, которые собаками были лишь внешне.