— Витю убили? — только и смогла произнести ведьма.
— Убили — сто процентов. Витю ли — вопрос открытый. Судя по его ежедневнику и записной книжке, вы были в близких отношениях. Так?
— Были. В близких. Как он умер?
— Давайте не будем времени терять, Лариса! Приезжайте скорее. Я от Вас ничего скрывать не стану!
Раиса кивнула, даже не осознавая, что по телефону её жест было не видно, и положила трубку. Сири к тому времени уже выбралась из корзинки и попыталась вернуть хозяйку в реальность.
— Дорогая, колечко проверни.
— Что? — на рыжую курицу уставились пустые голубые глаза.
— Ой, ну не говори, что ты успела влюбиться в этого человечишку! Проверни колечко, нам в морг надо съездить. Семёныч же не отстанет, в лавку кого-нибудь пришлёт, а то и домой к нам.
— Я… я… как минимум, успела привыкнуть к нему.
— Еще скажи, что виноватой себя чувствуешь!
— А вот и чувствую! Если бы мы вчера не поехали на новоселье к Береговым, я бы не стала переносить наше свидание, и с вечера до утра он был бы со мной!
— Думаешь, криминал?
— Хуже. Боюсь, что вопрос по нашей части. Иначе Семён Семёнович не стал бы спрашивать про моё со мной же родство.
Раиса с трудом поднялась со стула и провернула на пальце своё кольцо. Помолодев лет на сорок, ведьма критически осмотрела себя и пошла переодеваться. Но что обычно надевают на опознание?
Выбрав платье попроще и потемнее, лавочница прихватила сумку с документами на имя Ларисы и направилась в морг. Сири она с собой брать не стала, лишь позвонила в лавку и предупредила Ксюшу о том, что придет позднее обычного. Помощница восприняла новость негативно и что-то тараторила, но Раиса грубо остановила девушку и бросила трубку.
Семён Семёнович встретил свою гостью еще на подходе к зданию. Видимо, он догадался по скорбному виду, что именно эту женщину он ожидает для опознания привезенного под утро трупа. Заведующий морга без лишних церемоний подошел к ведьме и схватил ее за руку с намерением вести за собой. Раиса лишь отрешенно посмотрела на мужчину и покорно пошла с ним.
В морге пахло смертью, хлоркой и спиртом. Ведьма даже не поморщилась, войдя внутрь. Но она сильно отшатнулась, когда к ее лицу прислонили платок, пропитанный адской смесью эфирного масла мяты, эвкалипта и, почему-то, лаванды, которая никак не вписывалась ни в букет, ни в обстановку. Чужой смерти Раиса не боялась, даже почти привыкла к ней, но от платка несло так, что резало глаза. Зато теперь было ясно, для чего Семён Семёнович скупает у нее именно эти эфирные масла в промышленных масштабах.
Они прошли по коридору, выложенному когда-то белым выщербленным кафелем, в небольшую прозекторскую. Раиса знала, это не основная рабочая комната в морге. Её страх, что убийство было мистическим, подтверждался с каждым шагом. Просто так тело Виктора никто не стал бы прятать от рядовых сотрудников во вспомогательном помещении.
Будто из неоткуда за спиной ведьмы появился человек. Не успела женщина испугаться, как появился и второй. Если первый пугал неожиданностью, то второй пугал своей сутью. За спиной Раисы тактично кашлянул охотник Антон.
— Странно, что Раиса Никитична скрывала от нас такое чудо.
— Ничего странного, — ведьма обернулась и кивнула милиционеру, — меня никто не скрывал. Здравствуй, Андрей. А Вы, видимо, Антон.
— Всё верно. Почему же мы не виделись до этого?
— Потому что я здесь не живу постоянно, лишь навещаю бабушку.
— У Вас тоже лавка, кхм, пряностей?
— Это важно? Или Вы непринужденными разговорами благородно пытаетесь отвлечь меня от смерти моего любовника?
Антон покраснел. Милиционер и Семён Семёнович синхронно кашлянули, отводя глаза. На прозекторском столе всех четверых ожидало тело, накрытое простынёй.
Заведующий моргом разрядил накалившуюся обстановку призывом приступить к осмотру. Раиса набрала в грудь побольше воздуха и сделала шаг к столу. Антон и Андрей держались чуть позади. Оба уже осмотрели труп и явно не желали приближаться еще раз. Через пару секунд ведьма поняла причину.
Семён Семёнович отодвинул белую ткань с лица трупа. Под простыней оказался Виктор. Тот, чьи руки ласкали тёплыми ночами. Тот, чьи губы покрывали её тело поцелуями. Тот, кому она дарила свою ласку в попытках отвлечься от неприятностей. Но главное, это был тот, в чьей смерти Раиса себя винила.
Лицо оказалось нетронутым, но все равно было почти неузнаваемым. Ведьма ахнула, приметив характерные черты лица. Но она удержалась на ногах и даже не заплакала. Тихим, но уверенным голосом Раиса подтвердила личность убитого.