— Слабаки остались на свете, одни слабаки!
В былые времена он сам ладил крылья с двумя-тремя помощниками.
«Тогда были другие времена», — гласит ответ.
Уже и тогда все сваливали на времена, хотя менялись не времена, а люди.
Итак, ветряная мельница простоит в бездействии всю зиму и половину весны, не принося дохода. Средний мельник убежден, что этого не переживет. Правда, нужда ему, видит бог, не грозит, он кормит себя, своих сыновей и своих стариков, но его донимает ужасная бережливость, называемая также скупостью. Он, к примеру, никуда не выезжает без особого ведра, которое привязывает под телегой. Едва его лошадь насыплет кучку яблок, он останавливается и сгребает навоз в ведро. «А то лошадь без толку рассыпет все почем зря, если за ей не приглядеть».
Мельниковы сыновья, говоря о родителях, называют их «нашенские». Мать у них «нашенская», отец «нашенский».
— Нашенский нарочно согнется в три погибели, когда будет помирать, — говорит мельников Густав, — чтобы евойный гроб был покороче и подешевле.
Густав у них в семье все равно как паршивая овца. Его нельзя приспособить ни к пекарне, ни к мельнице, ни к полеводству. Старый мельник и средний мельник барабанят словами по его голове. Густав должен помочь старику сажать плодовые деревья, а он стоит, глядит в небо и насвистывает.
— Не будешь стараться, пойдешь с мешком за Мельничную гору, вон как те! — И мельник кивает в сторону шахтеров, идущих на смену.
А Густаву все едино. Душа Густава тяготеет к музыке. Он хочет обзавестись мандолиной. У его отца в платяном шкафу, на верхней полке, где лежит дедушкина церковная шляпа, стоят три ящика из-под сигар, полные денег.
— Вот эдакая прорва денег! Но поди скажи нашенскому, чтоб он купил мандолину! Да он небось и не знает, что это за штука такая.
Среднему мельнику трех ящиков мало. И он принимает решение возместить убытки, вызванные простоем мельницы, за счет, как теперь говорят, повышения производительности труда в пекарне. На своем черном мерине он развозит хлеб по окрестным деревням. Мерин у него длинноногий, задние ноги у него поражены шпатом, и, когда его запряжешь, он хромает по крайней мере до тех пор, пока не выедет за пределы деревни.
Неимущие крестьяне, жители выселков и безземельная беднота, проживающие на пустоши, сами пекут свой хлеб в маленьких печурках, сложенных из полевых камней. Желая сберечь время и топливо, бедняцкие жены загоняют в печь сразу по многу хлебов, чтобы одной закладки хватило на три-четыре недели. Под конец хлеб, который они хранят в каменных горшках, покрывается плесенью, и тогда хлеб от настоящего пекаря, да еще с доставкой на дом, кажется им великим лакомством.
И смотрите, сервис, изобретенный средним мельником, имеет успех. Мельникову Отто приходится теперь выпекать хлеб по три раза на дню. Средний мельник развозит хлеб. Отпадают наши покупатели из окрестных деревень и с трех фольварков.
— Ах, неужели вы больше не будете покупать у нас хлеб, фрау Ковальски? — ласково укоряет мать.
— Вот если б вы нам его привозили, — гласит ответ.
— Какой из него булочник! Он всю округу потравит своим клеклым хлебом, — негодует отец.
Тайный семейный совет. Моя мать делает примитивный расчет: если мы тоже начнем развозить хлеб, мы вернем старых покупателей, которые не желают больше таскать хлеб на своем горбу, а так как наш хлеб много лучше мельникова, мы и его покупателей переманим.
Отец раздумывает. Когда отец погружается в раздумья, он насвистывает сквозь зубы. Мать этого терпеть не может:
— Если все люди начнут поднимать такой шум, когда они захотят малость подумать…
Отец выдвигает условия: если ему (он исходит из того, что расширение торговой деятельности пройдет успешно) придется печь хлеб по три раза на дню, подавайте сюда подмастерья.
Мать возражает против подмастерья. Отец требует:
— Тогда пусть Ханка больше работает в пекарне и вообще больше мене помогает.
Мать согласна. Тогда она привлечет мою сестру помогать ей по хозяйству.
— Уж пыль-то вытирать девчонка сумеет.
Мы с дедушкой три раза в неделю развозим хлеб. «Люди! Покупайте хлеб от булочника! Не покупайте мельниковы лепешки!»
Мы отвоевываем назад наших покупателей с фольварков и выхватываем из-под носа у конкурентов еще нескольких покупателей, особенно когда не требуем уплаты наличными, а продаем в долг. Мои родители считают, что одержали победу над средним мельником.
— Не по-соседски это, — обижается средний мельник. Он-де только потому и начал развозить хлеб, что центробежная сила на какое-то время оставила его без доходов с мельницы.