– Бедные маги ещё пару месяцев не смогут связаться ни с кем дальше собственной кухни, – проворчал магистр Люциус.
– Мы подняли всех наших людей на западе. Они искали тех, кто жил в Даннинге семнадцать лет назад и уцелел во время тех событий. Найти удалось немногих. Но кое-кто действительно припомнил хромого кузнеца Мартина, что держал кузню у моста. И абсолютно все помянули добрым словом травницу Берту. И даже узнали её на портрете.
– На каком портрете? – не поняла мастерица.
– Вот на этом.
Изыскатель достал из папки и положил на стол листок. Сработанный мастером-скорописцем чёрно-белый рисунок был выполнен в мельчайших подробностях. С портрета на мастерицу смотрела она сама. Ничего не понимая, Снофф подняла голову и уставилась на изыскателя.
– Ваши портреты, мастерица, мы раздали городской страже, когда вы впервые исчезли на несколько дней. Вы рассказали, что кузнец принял вас за кого-то из местных, и мне пришло в голову, что это не простое совпадение. Я отправил портрет нашим людям в Даннинг – и, как видите, не зря. Вы точная копия той самой Берты, пропавшей в Даннинге семнадцать лет назад.
– Послушайте, – запротестовала Снофф, – это бред какой-то. Это что же получается? Я когда-то в будущем вернусь ещё дальше в прошлое и притворюсь местной травницей?
Изыскатель Бернард покачал головой.
– Полагаю, всё намного проще. Кое-кто из стариков припомнил, что за полгода до трагических событий у травницы Берты родилась дочь. Думаю, это были вы. Ведь есть ещё одно подтверждение – ваше имя.
– Что моё имя? – с подозрением подняла бровь Снофф.
– Вы знаете, что оно означает?
– Конечно. Снофф – это рутанский праздник, первый день лета. Имя мне дала воспитательница-рутанка в приюте, мне рассказывали, что меня принесли туда как раз в… Ох, святые небеса!
– Вот именно, – кивнул изыскатель. – В приют неподалёку от Даннинга вы попали в первый день лета, через несколько дней после тех событий. В городе выжило не так много детей, у кого-то нашлись родные, остальных разобрали по приютам. И теперь мы наконец-то пришли к самому главному: чернильные твари не просто являлись вам в детских кошмарах. Вы снова и снова вспоминали их во сне, потому что уже видели в Даннинге, ещё в колыбели. Но почему-то тогда они вас не тронули. Возможно, это как-то связано с вашими удивительными способностями?
Снофф схватилась за голову.
– Мне… мне нужно хорошенько всё это переварить, – выдохнула она.
Старый магистр был прав – теперь голова у неё не просто шла кругом, а будто запрыгнула в гномью паровую карусель на Ночь пятнадцати святых. Почему чернильные твари не убили её беззащитным младенцем? Может быть, она для них неуязвима? Но почему тогда тварь задушила её в Даннинге? И почему оба раза, стоило мастерице оказаться в Даннинге, твари будто чуяли, шли за ней по следу? В сутолоке мыслей мелькнула какая-то дельная догадка – и тут же исчезла. «Полная каша в мозгах», – вздохнула про себя Снофф. Она подняла глаза и наткнулась на вопросительные взгляды собеседников.
– Я спросил, сможете ли вы отправиться… – «генерал» неопределённо поиграл пальцами в воздухе, – в сон, куда пропадают люди. Как мы поняли из вашего рассказа, только вы можете попасть в сон, который сами создали.
Снофф покраснела. «Мог бы и не напоминать», – подумала она, закусив губу.
– Думаю, да. Пока не знаю, как, но…
– Прекрасно. Второй вопрос – вы сможете взять с собой господина Бернарда? Его навыки будут вам крайне полезны. Мы не можем рисковать вами.
Снофф растерянно посмотрела на изыскателя. Тот сосредоточенно разглаживал пальцами листок бумаги.
– Можно попробовать, – неуверенно повела плечами мастерица. Она критически оглядела роскошные дворцовые кресла, слегка попрыгала на бархатном сиденье. – Не слишком удобно для сна… нам понадобится куча подушек и… понятия не имею, что ещё. Дядюшка, вы мне поможете?
Несколько минут спустя, когда мастерица окончательно убедилась, что толку от верховного магистра нет и не предвидится («Взять человека в свой сон? Это невозможно, Лисёнок! Но всё, что ты делаешь – невозможно, поэтому не волнуйся, всё получится, только береги себя!»), в огороженном ширмой углу появилась гора подушек. Снофф со знанием дела выбрала самые удобные – не слишком мягкие и не слишком жёсткие, помогла устроиться изыскателю. «Генерал» внимательно наблюдал за приготовлениями – они с магистром расположились в стороне, чтобы не мешать.