– Благодарю, – произнёс изыскатель, протягивая мастерице опустевшую флягу. Он вынул платок и смахнул с покрасневшего лба капли пота. – Вы сможете добыть ещё воды?
– Сколько угодно, – устало отозвалась Снофф. – Воду, лимонад, зонтик от солнца?
– Не стоит, накидки вполне достаточно.
Ещё в самом начале пути, когда они только отошли от лавки (дверь растаяла в воздухе, стоило щёлкнуть замку), изыскатель окинул пейзаж взглядом бывалого путешественника и попросил Снофф создать пару белых платков и кусок верёвки. Затем со знанием дела соорудил накидки для себя и мастерицы – простые и удобные, как у кочевников южных пустынь. Свой охотничий костюм Снофф мановением руки сменила на привычное лёгкое платье.
Все эти удобные мелочи она могла сотворить из воздуха, не пошевелив и пальцем. Проблема была в другом: хоть мастерица и находилась в собственном сне, изменить его она не могла. Как она ни старалась, ветер не становился прохладней, а тропинка прямее. Это сбивало с толку и, как призналась себе мастерица, изрядно пугало. Она хорошо знала, что ждёт «гостей» созданного ей кошмара, но думать об этом не хотелось – пока что можно было просто идти вперёд. «Точнее, не можно, а нужно», – поправила себя мастерица.
– Буду откровенен, – нарушил молчание изыскатель, – поначалу это место показалось мне жутким, а теперь… Я не разбираюсь в кошмарах, но этот, скорее, скучный, а не страшный. Ко всему, знаете ли, привыкаешь, даже к этой дорожке в несколько шагов шириной, пропасти по краям, красному небу. Мы идём уже больше часа, ничего не меняется, только жарко. Куда мы должны прийти?
– Никуда, в том-то и дело.
– То есть весь кошмар заключается в том, чтобы бесконечно страдать от усталости и зноя, и мы всё равно никуда не придём? – изыскатель Бернард остановился и одарил Снофф укоризненным взглядом. – Раз так, давайте не будем тратить силы. Присядем и подумаем, что делать дальше.
– Это плохая идея, – нахмурилась Снофф. – Если остановиться… Вот. – Она показала пальцем на край дорожки. Красные камни начали один за другим осыпаться в пропасть. Изыскатель вздрогнул и зашагал дальше.
– То есть мы будем идти, пока не выбьемся из сил? После этого дорожка осыплется, мы упадём в пропасть, погибнем, проснёмся?
– Обычно так и происходит, – кивнула мастерица, – но такой кошмар можно было бы заказать у любого из подмастерьев. Я сделала закольцованный сон. Если погибнем, вернёмся к началу пути. Единственный способ проснуться – растянуть силы до заката.
– Неплохо. По крайней мере, будет не так жарко.
Снофф горько вздохнула.
– В этом мире солнце садится в море. В буквальном смысле. Сначала закипит вода, затем расплавится земля. Знаете мифы про конец света? Во сне мы не почувствуем настоящей боли, но, поверьте, будет оч-чень неприятно.
Изыскатель помолчал, затем произнёс негромко:
– Вы страшный человек, мастерица Снофф. Не хотел бы я быть в числе ваших врагов.
– Да ничего я не… – мастерица скрипнула зубами от обиды. – Это сон, понимаете? Сон! Я ведь не делаю ничего плохого, это просто страшная сказка, только очень реалистичная! Если бы не этот проклятый штраф, я бы в жизни не взялась за кошмары!
– В каждом из нас живут свои демоны, – уклончиво заметил Бернард.
Снофф отвернулась и молча пошла дальше. Алое солнце опустилось ниже, почти коснулось горизонта. Стало жарче, по небу заскользили пушистые облачка пара. От бредущих по кромке скалы путников протянулись длинные багровые тени.
– Ладно, давайте к делу, – прервал молчание изыскатель. – Если отсюда нет выхода, почему из всех семи кошмаров вы выбрали…
– Да потому, что у меня не было времени подумать как следует! – взорвалась Снофф. – И окажись мы в любом другом сне, было бы то же самое – я сама создала эти правила, но почему-то не могу их нарушить! Настоящий кошмар – это когда нет выхода, как вы до сих пор не понимаете?
– Я-то прекрасно понимаю, – заметил изыскатель, – но об этом потом. Итак, вы можете поменять что-то по мелочам, но не в силах изменить сам этот сон. Почему?
– Всю дорогу об этом думаю, – угрюмо отозвалась Снофф. – Наверное, потому что я здесь как гость. Стоп! – она остановилась, но, бросив взгляд на камни под ногами, торопливо двинулась дальше. – Так… У этого кошмара есть правила. Мы идём по дорожке, остановимся – упадём в воду – умрём – начнём сначала. Дотянем до заката – сгорим – проснёмся в замке, а нам этого тоже не надо. Мы должны сделать что-то, не предусмотренное правилами. Например… не дать солнцу сесть в море?