– Вижу, хотите. Эй, Гумбольт!
Гном почтительно вытянулся.
– Неси пирог. Садитесь, – королева указала на стол, и Снофф с изыскателем, переглянувшись, заняли два ближайших стула. Сиденье было жёстким, резная спинка тоже не отличалась особым удобством.
– Не ёрзай, – поморщилась королева. – Не люблю. Кривые стулья даны нам, чтобы учиться терпеть невзгоды. То есть не «нам», конечно, а «вам». Вижу, вопросы у вас есть? Спрашивайте.
Снофф собралась с мыслями, но изыскатель её опередил.
– Ваше ве…
– Говори короче.
– Хорошо. Откуда вы узнали о нас?
– Шутишь? – рассмеялась королева. – Все только о вас и говорят. Новые люди в стране, шутка ли. Думаешь, в чью честь всё это? – она кивком указала на стол. – Гости соберутся, отметим.
Снофф вежливо кашлянула.
– Почему ваше королевство называется Страной четырёх чудес?
– Это очень просто, милая моя глупышка.
Мастерица покрепче сжала губы, чтобы ненароком не ляпнуть лишнего, а королева продолжила:
– Мы верим, что главное чудо в мире – это чудо жизни. А что такое жизнь? Это мы сами, и мы четырежды чудо. Первое чудо – ноги, которыми мы ходим. – Королева принялась загибать пальцы. – Второе – руки, которыми мы делаем добрые дела; третье – голова, которой мы направляем руки и ноги, и четвёртое – сердце, которым мы отличаем доброе от дурного. И пока здесь всем правит волшебство, четыре чуда останутся самым ценным и желанным для нас, жителей этого королевства.
– Благодарю, – кивнула Снофф. – А почему…
– Чуть позже, радость моя, – остановила её королева. – Пора подкрепиться.
Виртуозно лавируя между стульями, гном Гумбольт опустил на стол огромное блюдо с пирогом. От румяной корочки поднимался манящий аромат. У Снофф потекли слюнки. «Надо бы вернуться в реальный мир, поесть, а то помру от голода…» – подумала она. Впрочем, есть во сне никто не мешал, только вряд ли это подкрепило бы силы по-настоящему.
Гумбольт отложил поварской нож и, ловко орудуя лопаткой, отделил от пирога два здоровенных куска высотой с ладонь. Положил по куску себе и королеве, разложил по тарелкам изыскателю и мастерице. Между слоями пышного теста темнела начинка, но разглядеть её в полумраке зала мастерице не удалось.
– Ешьте! – велела королева. – Рекомендую начать с верхнего слоя.
Снофф подняла голову и встретилась с вопросительным взглядом изыскателя. «В конце концов, по-настоящему не отравимся», – решила она и чуть заметно кивнула. Взяв вилку и нож – почему-то вместо богатого столового серебра здесь было что-то вроде дешёвой латуни, – Снофф послушно срезала кусочек теста с самого верха. Тесто оказалось пышным и ароматным, пожалуй, даже вкуснее знаменитых в столице пирогов матушки Беатрисы, которыми Снофф баловала себя по праздникам. С наслаждением проглотив кусочек, Снофф потянулась за вторым, но остановилась. Изыскатель как-то подозрительно разглядывал начинку, и взгляд его не предвещал ничего хорошего. Снофф опустила глаза на свою порцию, всмотрелась и осторожно ковырнула начинку ножом. Из высокого пирога на тарелку, стукнув копытами о фарфор, выпала маленькая лошадка с крыльями.
Снофф бросила вилку и нож, отпрянула от стола и почувствовала, как внутренности подкатывают к горлу. Но в этот миг лошадка открыла глаза и взмыла над столом.
– Сюрприз! Сюрприз! – радостно вопила лошадка.
Пирог заходил ходуном, из него выпорхнул целый табун. Лошадки с хохотом носились над столом и кричали «сюрприз», забрызгивая ошарашенных гостей каплями соуса. Королева и гном валялись на столе, рыдая от смеха.
– Нет, ты видел? Глаза её видел? – стонала королева, показывая вилкой на Снофф.
«С меня хватит», – подумала Снофф и поднялась, с грохотом отодвинув массивный стул. Внезапно стул задвинулся обратно, обрушив мастерицу на сиденье, чем вызвал новый взрыв хохота. Снофф попыталась встать ещё раз, но безуспешно.
Всё ещё трясясь от смеха, гном вытащил из-под стола корзину с незнакомыми плодами, – мастерица узнала в них клубни с деревьев, – и бросил парочку лошадкам. Те уволокли угощение на дальний конец стола и принялись с ржанием делить.
Королева вытерла слёзы кружевным платочком.
– Да ладно, девочка, не обижайся, скучно нам тут, вот и веселимся, как можем. Стул, вишь, тоже веселится – у нас в волшебной стране чего только не бывает. Вон, фруктами угощайся. И тесто съешь, чего добру пропадать. Верхнее жуй, а нижнее не надо, всё-таки лошади – они и есть лошади, вдруг чего.
Лошадки вдалеке захихикали всем табуном.
– А мы туда… хи-хи-хи-хи-хи!