– Я тебя хорошо запомнил, хозяин, – скрипуче протянул гриб, глядя на изыскателя. – Теперь мы всегда будем вместе.
Господин Бернард растерянно посмотрел на Снофф.
– Не обращайте внимания, – махнула рукой мастерица. – Пока есть время, надо думать… Ну конечно! Вот я дура… Сон может меняться как угодно, но моя точка входа всегда будет одной и той же, даже если выглядит по-разному! Ван Хельм это знает и спрятал якорь там, в моей лавке! Нам нужно вернуться…
Снофф показалось, что изыскатель медленно считает про себя до десяти. Она поспешила оправдаться:
– Не сердитесь! Это всё моё старческое разжижение мозгов!
Мастерица взмахнула рукой, но, вопреки ожиданиям, шлюпка не поднялась в воздух. «Точно, ведь желание про лодку уже исполнилось», – сообразила Снофф и попыталась вспомнить, о каком транспортном средстве или хотя бы мебели ей доводилось мечтать. Можно было, конечно, ещё раз попросить диван или хотя бы лодку, но Снофф уже убедилась, что здесь работает лишь магия, связанная с исполнением желаний. Стоило заранее хорошенько подумать, чтобы не получить вместо новой лодки разбитое корыто или чего похуже.
Гриб кашлянул.
– Хозяин, возьми меня на ручки, – попросил он.
Изыскатель тяжело вздохнул и направился к лестнице – но, сделав два шага, будто споткнулся. Его тело выгнулось дугой. Закатив глаза, изыскатель рухнул на каменный пол. Снофф бросилась к нему.
– Господин Бернард! – она опустилась на колени и похлопала бездыханного изыскателя по щекам. Тот пошевелился, приоткрыл глаза.
– Что это было… как молнией ударило, – пробормотал изыскатель, неуклюже пытаясь подняться. Он потёр наливающуюся шишку и ссадину на разбитом лбу и поморщился.
– Я же сказал, мы теперь всегда будем вместе, – с торжеством проскрипел гриб.
– Вам нельзя от него отходить, – сообразила Снофф. – Лучше и правда возьмите его с собой. Осторожно, не уроните, будет ещё хуже! Никак не придумать, на чём бы нам полететь… Пойдёмте пешком?
– Это не самая лучшая идея, – пропыхтел господин Бернард, поднимая банку с грибом. Гриб светился от счастья. – Банка довольно скользкая…
– Точно! Скользко! – вспомнила Снофф. Когда-то она мечтала покататься на настоящих санках, но в детстве ей так и не довелось побывать в тех провинциях Королевства, где выпадает достаточно снега. Теперь несбывшееся желание пришлось как нельзя кстати. Мастерица щёлкнула пальцами. Мраморная лестница покрылась снегом, а на площадку грохнулись роскошные королевские сани с загнутыми кверху полозьями.
– Скорее, – скомандовала мастерица, – пока снег не растаял…
– Ну-ну, не так быстро, – раздался голос за их спинами.
Снофф едва не подпрыгнула. Господин Бернард чудом не выронил банку с грибом. Под «дубом» стоял Клаус ван Хельм. Посмеиваясь, он пнул носком сапога один из серебряных «желудей».
– Богато живёте. Серебро на полу валяется… А вы, мастерица, так и не отучились щёлкать пальцами. В вашем почтенном возрасте это уже просто неприлично… Жаль, вместе со старостью к вам не пришла мудрость. Иначе вы бы давно перестали мне мешать.
Снофф не отвечала. Сжав кулаки, она молча смотрела на ван Хельма и лихорадочно перебирала в мыслях, о чём она мечтала в прошлом. Как назло, ничего из её воспоминаний не годилось для боя. Изыскатель поставил банку на бархатное сиденье саней и шагнул вперёд.
– Мастер Клаус ван Хельм, именем короля вы арестованы!
– Я хочу на ручки! – отозвался гриб.
– Как мило, – усмехнулся мастер сновидений. – С вами, дорогой будущий министр, мы поговорим чуть позже. А вас, мастерица Снофф, мне безумно жаль, – в его голосе прорезался лёд, глаза сузились, – потому что в этот раз вы отправитесь не на уютную крышу нашей ратуши, наслаждаться закатом, а в место менее уютное, откуда выбраться будет не так просто. Прощайте.
Ван Хельм развёл руки и гулко хлопнул в ладоши. Потом ещё и ещё раз.
– Какого… – Мастер непонимающе оглядел Снофф с головы до ног. Его взгляд задержался на оборванном рукаве платья, где топорщились нитки. Ещё по дороге сюда мастерица наспех соорудила якорь из оторванной манжеты и какой-то железяки, болтающейся в лодке. Якорь она забросила подальше в лес и до последнего не была уверена, что хитрость сработает. Теперь Снофф молила небо, чтобы ван Хельм не сразу сообразил, как действует местная магия.
Ван Хельм недобро улыбнулся.
– Браво, мастерица, быстро учитесь. Поставили якорь, чтобы я вас отсюда не вытащил? Ну что ж, разделаюсь с вами здесь, а когда проснетёсь, навещу в реальном мире. Не прощаюсь…
Он величественным жестом простёр руку ввысь. Раздался хлопок, и над мастерицей взвилась в воздух стая разноцветных бабочек. Насмешливая улыбка ван Хельма растаяла. Он растерянно проводил бабочек взглядом, задрав голову, и в этот миг ему в подбородок впечатался кулак изыскателя.