- Эх, вот и все, - горестно вздохнула я.
- Ну-ну, не расстраивайся, а давай вместе поищем еще книги на эту тему? – тут же предложило неугомонное приведение.
- Не хочется, - честно призналась я и подпрыгнула от возникшей идеи, - Кайл, знаешь, я бы хотела почитать книги Мотильды Уонсон.
- Мотильды Уонсон, говоришь… Я ведь я ее помню, - пробормотал Кайл и скрылся за стеллажами, но потом выглянул и пробурчал, - Ну ты идешь, Рыжик? Сам я книгу не принесу!
- Книгу? – с любопытством уточнила я, Аля-то говорила про книги.
- Книгу, - припечатал призрак и застыл возле одного из стеллажей, возле самой верхней полки.
Я взглянула наверх, прикинула, смогу ли я добраться туда как обезьянка или нужно везти стремянку и вздохнула. Стремянка была страшненькая, к тому же на колесиках. Библиотекари тут предпочитали писать студентам номера секций и полок, где находится нужная им книга, а не самим лазать за ними. Так что приходилось катить одну из стремянок и балансировать на грани.
Я прошлась по всей библиотеке и нашла только одну свободную. Самую страшненькую, самую старенькую и самую скрипучую. И вот это вот счастье и все мне одной. Я в очередной раз вздохнула, кажется, это становится дурной привычкой. И вот на этот динозавр я и полезла под сомневающимся взглядом Кайла, который задумчиво произнес:
- Знаешь, Маруська, эта стремянка еще при моей жизни выглядела ветхой, - и замолчал.
Я потянулась к книге, толщина которой была как все мамины и тетушкины томики с зельями вместе взятые и покачнулась, а потом… А потом был кошмар, ступенька под моей ногой треснула, а на меня накатило дежавю. Не совсем понимая, что я делаю, я закинула книгу обратно на полку, а потом за ней втянула себя, как учитель гимнастики показывал. На всю библиотеку раздался грохот падающей стремянки, а я оказалась на верхней полке стеллажа. И вот все бы ничего, но я случайно покачнулась покачнулась и время снова замедлилось.
Как я не убилась, пока падала вместе со стеллажом – это отдельная история, но учитель гимнастики может мной гордиться. А вот стеллажи, которые падали друг на друга, заставляя упасть соседние как выстроенные доминошки…
- Ой… - в ужасе прошептала я, глядя на этот бедлам и втянула голову из-за ужасного грохота.
И только спустя стеллажей шесть-семь они остановились. И то, не по своей воле, а кто-то, если я не ошибаюсь, наложил заклинание стазиса. А тем временем на всю библиотеку раздался гневный вопль:
- Студентка Горская Мария Владленовна, живо марш к директору!
Ну, я и побежала… И только когда выбежала из библиотеки, осознала, что так и держу в руках книгу, за которой я и полезла. Пожала плечами, отнесла в комнату и с улыбкой отправилась к ректору. Ну не открутит же он мне голову, в самом деле, а остального маменька не велела боятся. И вообще, не виноватая я, вот.
Глава 13. Немного о книгах
- Маруська, ну ты даешь, - смеялась Аля после того как выслушала мой рассказ о том, почему я в ближайший месяц все свободное время буду проводить на конюшне.
Да-да, именно такое наказание избрал ректор, когда понял, что произошло и почему. Ну… В него входили не только конюшни, но и дополнительные занятия по физподготовке. Ведь как сказал ректор: «Будь вы более подготовлены физически, вы бы просто спрыгнули с этой гракховой стремянки в тот момент, когда услышали треск». Потом он поинтересовался, удалось ли узнать что-то, а когда узнал, что ничего, просто рекомендовал самостоятельно поискать похожую литературу. Где-нибудь через месяц. Когда библиотекари поуспокоятся и их желание прибить одну рыжую особу станет не столь ярким.
Так что сейчас я ходила на занятия, готовилась к экзаменам до которых осталось меньше месяца, отрабатывала дополнительные часы в зале и на конюшне. Чтобы я «совсем от скуки не зачахла» иногда компанию мне составляла Алька, либо Кайл. Но тот старался далеко от библиотеки не отходить, особенно сейчас, когда там косточки одной «известной всем» рыжей особе не перемывал только ленивый.
Причем злились библиотекари так, словно я специально это сделала! И вот это обижало. Я ведь не хотела, и вообще, я чуть не убилась! Я насупилась и продолжила вычищать копыто коняги. Грязь я уже вычистила и вот сейчас аккуратно при помощи копытного ножа срезала старый рог. Первое время мне было страшно это делать. И не потому, что лошади такие страшные, а просто потому, что не хотелось сделать бедному животному больно. Но когда привыкла, стала воспринимать это как обрезку ногтей – их же не больно резать, если аккуратно, вот и с копытами лошади, думаю, так же. С этими мрачными мыслями я дочистила коней и конюшню и вернулась в свою комнату.