— И сгоришь, — многозначительно прошептал шаман, покачав головой. — Никто не может пройти через огонь. Никакой человек. Я слышал о мифаго, которым это удалось, но они часть мифа, который говорит, что могильные холмы и охраняемые огнем долины — дорога в Иноземье. Ты должна идти совсем в другом направлении, через лес, намного более странный, чем этот крошечный Райхоупский.
— Гарри прошел там.
— Если Гарри действительно прошел там, — возразил старик, — он нашел своей собственный путь. Он никак не мог пройти через огонь. И ты не пройдешь. Ты человек, как и я. Мы не принадлежим этому миру. Мы — путешественники по нашему ожившему безумию. Вокруг тебя сны твоего брата, позже измененные мной, а в последнее время и тобой. И у нас есть то, чего нет у этих несчастных созданий. Свобода. Свобода выбирать. О, я знаю, Скатах тоже может выбирать свой путь, пока... но посмотри на него, коснись его, почувствуй его сознание... Я проснулся совсем недавно, но могу тебе сказать...
— Что? — обеспокоено спросила Таллис.
— Что лес, живущий в нем, позвали. Легенда призывает его. Его время с нами быстро кончается. Он должен идти в Бавдуин и присоединиться к своим товарищам-рыцарям.
Таллис стало плохо. Она посмотрела на земляной вал, где стояла высокая фигура Скатаха. Он смотрел на север, вдоль реки.
— Однажды у меня было видение, — сказала Таллис. — Я видела твоего сына именно в тот момент, когда он заслужил имя, которое Элефандиан дала ему при рождении: мальчик, который слушает голос дуба. Я еще не готова дать ему достичь мгновения славы. Еще нет...
Она хотела еще кое-что добавить, но Уинн-Джонс внезапно закрыл рукой ее рот. Она отшатнулась, удивленная гневом, исказившим его лицо, который быстро сменился раскаянием. Рука опустилась.
— Прошу прошения, — сказал старик. — Как и ты, я не готов узнать окончательную судьбу моего сына. Тогда у меня будет искушение вмешаться. А если мы вмешаемся, мы запутаемся. И попадем в ловушку... Я обнаружил это много лет назад.
Таллис наклонилась вперед, возбужденная его словами. Она подумала о брате, запутавшемся, пойманном в ловушку.
— Неужели Гарри вмешался в легенду? Быть может он нашел дорогу в Лавондисс, изменил что-то и из-за этого попался?
— Очень может быть, — просто ответил Уинн-Джонс.
— Но как он сумел позвать меня?
— Чтобы ответить на твой вопрос, — сказал старик, — я должен узнать историю твоего детства. Расскажи мне все, что ты помнишь о Гарри. Все, что случилось с тобой во время учебы. Мне часто снится замок, сделанный из камня, который не камень...
— Старое Запретное Место, — сказала Таллис. — Или, по меньшей мере, часть рассказа. Я прошептала тебе о нем, пока ты спал.
— Расскажи опять, — тихо сказал ученый. — Быть может я видел это месте. Очень далеко отсюда, но оно очень похоже на то, о котором ты мне шептала.
У Таллис оборвалось сердце.
— Ты был в замке?
Но он покачал головой.
— Только видел издали. Он хорошо защищен ураганом, который удивит даже тебя. Прежде, чем осесть у тутханахов, я пошел вверх по реке и пересек большое болото. Но там было так холодно, что я вернулся. Далеко отсюда. Очень далеко. Для людей, вроде меня и тебя, приходит время, когда лес выкачивает из сознания все мифическое. Трудно описать это чувство: усталость, истощение души… Я чувствовал себя сильным, работа очаровывала меня, я оставался энергичным и мог любить женщин... — Он улыбнулся и тряхнул головой, в такт воспоминаниям. — Но что-то вернулось в землю и вошло в меня. И я пошел сюда, к тутханахам. Они — люди земли; их легенда — ужасающая, драматическая, почти бессмысленная. Каждый из них умирает, его хоронят и он рождается заново. Это часть легенды, конечно; ни ты, но я такого не переживем.
— С юга на холм поднимается Тиг, — крикнул Скатах с другой стороны загородки. — У него в руках топор.
— Помоги мне добраться до дома, — прошептал Уинн-Джонс. — Я устал и замерз. Ты расскажешь мне твои истории в тепле моей хижины. Я хочу услышать все истории.
— Меня уже просили, раньше, — улыбнулась Таллис. — Кажется это было целую вечность назад.
— Я воспоминаниях детства скрываются древние истины, — тихо сказал Уинн-Джонс. — Соверши это путешествие для меня... а потом опять сделай Лунный Сон. Я помогу тебе всем, чем смогу...