— Судя по крепкой хватке, вам это было нужно. Я не стала пытаться уйти, — поясняет и смотрит прямо в глаза. Кажется, это прозвучало не так, как она планировала. Молчание становится всё более неловким, а взгляд вызывает тепло...
Наконец, Астрид встаёт.
— Что ж, думаю, мне пора идти. Рада была помочь... — она кланяется и делает шаг к двери.
— Может останетесь на ужин? — вдруг говорит принц. У него пока нет сил встать, но он не сводит взгляд, надеясь, что этого хватит.
— Простите... — останавливается и снова смотрит в ответ. — Боюсь, меня не так поймут во дворце...
— Разве вы уже не провели со мной весь день? — замечает наследник, и оба улыбаются. — Я хочу отблагодарить вас. И думаю, нам есть что обсудить...
Она сдается и кивает.
Целый час пролетает незаметно, потом второй. Беседы о погоде, о книгах, о шалостях Лоуренса, о детстве. Ни слова о печали, о ядах и болезнях, только смех и теплые воспоминания... Принц с удовольствием слушает, вникает в каждую маленькую историю. Они все, как капли тёплого молока, обволакивают и исцеляют, залечивают каждую ранку...
— Получается, у вас было сразу несколько учителей? — уточняет Роланд и берёт печенье с тарелки.
— Ну... — Астрид ставит свой чай на стол, вспоминая детали. — Отец был лекарем, а после войны стал и других обучать в корпусе. Мы везде ходили с ним, не с кем было больше оставить, но иногда он передавал нас другим учителям, когда уезжал, нас никто не делил с братом. Так мы просто собрали у всех по несколько лекций. Когда отца не стало, Артур остался жить в корпусе, потом в дворцовой школе, оттуда Джозеф взял его "следить за каждым клочком бумаги во дворце", пока я следила за маленьким домом.
— Надо же, как точно, — наследник смеётся, представляя это серьезное лицо дворецкого, спихивающего на хрупкого юношу кипу книг. А теперь на его месте хрупкая девушка... — Кстати, Джозеф знает?..
— Конечно, — девушка сразу кивает. — Как бы иначе я сюда попала. Они с Ханной прикрывали за мной всё, что я могла пропустить, без них ничего бы не вышло. Король в это время был без сознания, и сейчас ему тоже не до меня... — она начинает оправдываться, ведь последнюю неделю только и думает, как правильнее всего признаться. Чем дольше она всё скрывает, тем хуже всё это обернётся.
Принц наблюдает, как тяжелеет её взгляд. Кажется, она не всё рассказала.
— А ваш брат? — начинает аккуратно. Прошло больше времени, чем он предполагал, если бы всё было хорошо, он бы уже вернулся. Астрид поднимает на него такой взгляд, что ответ становится очевиден. Она закрывает глаза, опуская голову.
— Он... скончался... — тихо отвечает и вздыхает, глядя на танцующее пламя ближайшей свечи. — До последнего он работал, но ему резко стало хуже, он уже не мог толком встать, тогда и предложил мне заменить его. Мы делали всё, что могли себе позволить. Друзья отца приходили помочь, никто не мог найти причину болезни. Через две недели Артур не проснулся...
Они долго молчат. Роланд аккуратно накрывает её руку своей.
— Мне очень жаль. — говорит тихо, пока девушка вытирает щёки от слёз. — Если вам понадобится помощь, вы можете обратиться ко мне.
— Спасибо... Я даже не знаю, что теперь делать. Просто делаю его работу, ношу его вещи, вижу его в зеркале... — она усмехается и выдыхает. — Как он доставал меня в детстве... Какая глупость...
— Да, в детстве всё казалось другим. — замечает принц, двигая к девушке тарелку с любимым печеньем. Волшебным образом оно помогало ему в такие моменты. Астрид принимает этот жест, берёт печенье, всё ещё не поднимая взгляд.
— Получается, вы похожи даже фигурой? — замечает Роланд, вовремя опуская факт того, как хорошо сидит на ней мужской костюм. — А как же очки?
— О, зрение у него куда хуже, — неожиданно она оживляется, сложно и ждала, когда об этом её спросят. — Работать мне всё равно приходится в очках, но носить их весь день просто ужасно...