— Иди домой и не высовывайся, пока всё не утихнет, слышишь? — договаривает и, получив в ответ кивок, встаёт, направляясь к выходу.
Юноша почти сползает на стойку, выдыхая от облегчения. Он просит ещё кружку у бармена, но на плечо опускается чья-то крепкая рука. К шее прислоняется холодный металл кинжала, моментально отрезвляя.
— Тихо, — раздаётся низкий мужской голос над ухом. Рядом, уже в поле зрения, встаёт ещё один мужчина, за поясом поблескивает рукоять ножа. — Вставай.
Он медленно встаёт, больше не чувствуя кинжал, но теперь эти двое хватают его под руки и ведут к столику в другом конце зала. За столом сидят двое молодых людей: один смотрит вниз, перед собой, вертя в руке полупустой стакан, его лицо скрыто под капюшоном; второй внимательно смотрит прямо на несчастного, сложив руки на столе. За ними ещё несколько мужчин сидят за разными столами и смотрят на него, держа одну руку у пояса.
Почти у самого выхода его знакомый генерал стоит на коленях, пока стоящий за ним мужчина одной рукой держит его за волосы, а второй – кинжал у горла несчастного. Кажется, над бровью его кровь...
Юноша сразу рвётся к нему, но его удерживают и насильно усаживают за стол, впиваясь пальцами в плечи. Накатывает страх осознания – все эти люди пришли за ним, но кто они?
Сидящий перед ним человек ставит на стол чашу, несколько капель падают мимо, он поднимает голову и отодвигает капюшон, открывая взору золотистые волосы, смотрит прямо в глаза. Вопрос в голове сразу находит ответ, а по спине пробегает волна мурашек, в глазах отражается настоящий ужас, а в голове бегают мысли о попытках договориться...
— Ну, здравствуй, — приветствует гость, окидывая его безразличным взглядом, — 'братец'...
***
Звук быстрых твёрдых шагов отражается от стен, громко открывается дверь в тронный зал, где помимо других двое стоят на коленях со связанными руками спиной к двери. Король обходит их, вставая перед их лицами. Когда он услышал новость, то не поверил своим ушам, сразу сорвался с места, накинув только халат поверх ночного костюма. И вот перед ним доказательство — один из самых верных людей оказался предателем.
— Как горько видеть тебя здесь... — говорит мужчина, осматривая столь жалкий вид своего генерала. — Надеюсь, оно того стоило? Годы верной службы, и ради чего ты продался? Как мог ты так пасть?
Пленник молчит, сжимает челюсти и не смеет поднять глаза от пола. Ему нечем себя оправдать. Эта игра давно зашла дальше, чем следовало бы. Рядом сидящий юноша тщетно пытается скрыть страх, но тело выдаёт мелкой дрожью, он всё ещё прокручивает в голове, как шёл в этот бар, предвкушая скорую победу, а теперь они оба в крови и побоях, снова в ногах господ...
— Уберите их, — с усталостью и презрением говорит король, машет рукой на выход и складывает руки за спиной.
Стражники подходят и поднимают обоих, чтобы увести, пока Филипп смотрит им вслед, отворачивается лишь перед тем, как двери закрываются, после чего шумно выдыхает, проводя руками по лицу.
— Что-нибудь нашли? — наконец говорит король, поворачиваясь к сыну. Обыск ещё одного предателя должен был дать хоть какие-то плоды. Принц молча протягивает стопку найденных бумаг и поясняет, когда отец пробегает взглядом по первому листу.
— Переписка с Фридрихом. Другие письма уже кажутся не столь странными. Боюсь, остальное давно уничтожено.
Филипп просматривает документы в тусклом свете и вскоре отдаёт слуге. Всё это придётся изучать с утра, сейчас же гнев и горечь не дадут сосредоточиться. Стоит ли надеяться, что новые подробности не лишат его сна?
— Обыщите всё, что связано с советом, найдите всё, что сможете. — говорит, наконец, король и указывает на дверь.
Все потихоньку выходят, а Роланд, напротив, делает шаг навстречу, следя за отцом. Новости явно потрясли его больше, чем кого-либо.
— Ты в порядке? — спрашивает осторожно, когда дверь закрывается за последним слугой. Король вздыхает и хлопает наследника по плечам, слабо улыбаясь, кивает, чтобы успокоить, на что наследник кивает в ответ, кланяется и выходит из зала.